– Что у вас тут? – ко мне подошла охранница. Лицо грозное.
– Эхм, я забыла снять цепи с кожаных штанов, – сказала я. – Ну и заклёпки тут кое-какие, видите.
Она провела металлоискателем вдоль заклёпок и шипов.
– Проходите. В следующий раз надевайте, пожалуйста, одежду без металла.
Тебя, блин, не спросила. Что хочу, то и надеваю. Но вслух я это, конечно, не озвучила.
Покатила чемодан в сторону электронного табло. Так, посадку ещё не объявили, значит, у меня есть время на второй завтрак. Пройдя вереницу конвейерных лент, досмотр, сдачу багажа, проверку документов на таможне, несколько эскалаторов, я, наконец, оказалась в зоне Duty Free. И потопала в сторону Шоколадницы. По пути задержалась, глядя, как самолёт катится по рулежной дорожке, полюбовалась видом на ночной освещенный аэропорт. Цепочки огней обозначали взлётно-посадочные полосы. Прошла мимо 21-го гейта. Ага, вот и мой самолёт – Boeing 737-800 авиакомпании Japan Airlines. С тех пор, как японцы летают напрямую из Екатеринбурга, стало гораздо легче добираться до азиатских стран.
– Один горячий шоколад, пожалуйста, – попросила я.
– Присаживайтесь, принесём в течение семи минут.
От нечего делать я начала оглядываться по сторонам. Симпатичный парень в шляпе, покрывающей его длинные светлые волосы, подмигнул мне. Я улыбнулась в ответ, и решила подойти, познакомиться, но тут вернулась его девушка, жгучая брюнетка, и ревниво посмотрела на меня, после чего между парочкой завязался скандал.
Может, ну их, эти отношения? Ссоры, споры, ревность и крики – зачем мне всё это? Сидя на высоком стуле, я болтала ногами в ожидании своего шоколада, и разглядывала других пассажиров. Парочка уже успокоилась, и теперь они самозабвенно целовались, закрыв глаза. Что за привычка – закрывать глаза, когда целуешься? Зачем это? Когда у меня будет первый поцелуй, я ни за что не закрою глаза.
– Ваш шоколад, пожалуйста, – темноволосый официант с ярко-голубыми глазами и ямочками на щеках поставил передо мной чашку с густейшим шоколадом и стакан с водой, положил трубочку и чайную ложку.
– Спасибо.
Я зачерпнула шоколад ложкой, и осторожно облизала его. Шоколад таял на губах, как сладкий поцелуй. Я прикрыла глаза, вкушая эту горькую сладость, растягивая удовольствие на подольше, распробовав терпкий, пряный вкус. Нотки шоколада оставались у меня на языке, когда объявили посадку. Я заторопилась, чтобы не опоздать и не остаться здесь, в Екатеринбурге, когда меня ждёт огненный Токио.
Стюардессы, стоя между рядами, в англоязычном сопровождении показывали правила поведения на борту. Я летела не первый раз, поэтому пропустила большую часть между ушей. Вместо этого я смотрела в иллюминатор и видела, как отдаляются терминал, диспетчерская башня, другие самолеты.
Наконец, мы вышли на полосу разгона. Самолет задрожал, загудел, задребезжал, и побежал по взлетно-посадочной полосе. Его шасси в последний раз сильно толкнулись от дорожного полотна, и Боинг взмыл ввысь.
Вопреки словам бортпроводниц, я всё время слушала музыку. Заиграл Roman Rain – У Луны. Я качала головой в такт музыке, глядя, как отдаляется земля, превращаясь в далёкое созвездие. Я смотрела на луну и думала, что, будь я оборотнем, то сейчас бы немедленно превратилась в волка, такая она идеально круглая.
Я наблюдала за мерным покачиванием белого левого крыла, и сама не заметила, как погрузилась в сон.
– Леди, просыпайтесь, с прибытием в аэропорт Нарита, – меня по-английски разбудила улыбающаяся стюардесса-японка, с лицом совершенно круглым, как луна.
Я сладко потянулась, поморгала, и только тут обратила внимание, что за окном уже в разгаре день. Схватила рюкзак, и под звуки The Final Countdown в метал-обработке поспешила на выход.
В аэропорту оказалось просторно и многолюдно. Но я довольно быстро прошла паспортный контроль, так как оказалась одной из первых в очереди. И встала возле багажного конвейера, в ожидании, когда появится мой чемодан. Показался синий бок с ядовитой зелёно-оранжевой лентой моего чемодана. Не глядя, поставила бежевый рюкзак на скамейку, чтобы не мешал брать чемодан. Не беда, пусть полежит, всем известно, что в Японии не воруют.