Он улыбнулся и приблизил своё лицо к моему…
Глава 4. Nakiryu
Я ждала, затаив дыхание, и ощущала, что между нами происходит какая-то магия. Он тоже замер, и вдруг протянул руку к моим волосам.
– Чоо, – сказал он.
– А? – не поняла я. Что это он вдруг начал «чокать»? Ещё и в такой момент.
Он показал мне бабочку, чёрную с фиолетовым, с жёлтыми и белыми пятнами.
– Оомурасаки, – сказал он. – Это великие императорские фиолетовые бабочки Sasakia charonda. На счастье. Очень добрый знак. Она сидела у Вас на голове.
Он открыл дверь, приглашая меня войти.
– Ирассяимасе! – поклонились нам повара.
Мы сели на простые деревянные стулья за чёрный стол. Кухня оказалась прямо перед нами, и я могла видеть, как готовится лапша и бульон для рамена.
– Здесь используется острый бульон, кладутся семена кунжута… Вы не против, если мы перейдём «на ты»?
Я изумилась, с какой скоростью он переходит от темы к теме.
– Да, Рю-сан, давай перейдём «на ты». Я не против.
Он просиял.
– Ты такая милая, когда говоришь «Рю-сан». Скажи ещё раз моё имя.
– Рю-сан… – выдохнула я.
Обстановка становилась интимной. Повара не замечали нас, или делали вид, что не замечают, чтобы не отвлекать.
– Томоэ-сан, данданмэн футацу то о-ча кудасай! – сделал заказ Рю. – Два данданмэна и зеленый чай, пожалуйста!
Я только глотала слюнки, когда ждала, что смогу наконец-то полноценно поесть. На столе стоял графин с водой, и я рассеянно наливала из него воду и пила. А потом заметила: стоит моему стакану опустеть, как Рю подливает мне ещё воды.
Наконец, нам принесли чай и суп. Такой божественный аромат! Рот переполнился слюной. Перед нами положили палочки и особые изогнутые фарфоровые ложки.
Рю взял в руки палочки, и держа их параллельно столу, сложил руки, прикрыл глаза и сказал:
– Итадакимас! (А теперь поедим).
Я повторила за ним. Он довольно кивнул головой и опять улыбнулся. А я во все глаза смотрела, как ловко он управляется палочками, когда ест лапшу.
– Иэ-иэ! Неправильно! Вот так держишь палочки, между пальцев? И вот так ешь, – засмеялся Рю, когда я обрызгала его бульоном. – Извини. Я не должен был учить тебя. Но мне показалось это забавным и милым, то, как ты пытаешься научиться.
Я попробовала взять палочки так, как он показал: поставив одну из них между большим и указательным пальцем, в основание большого пальца, статично уперев её в средний, а вторую взяв большим и указательным пальцем повыше, расположив подвижно. Лапша всё ещё выскальзывала из палочек, но понемногу у меня начало получаться есть.
Рю допил бульон через край, и я синхронно повторила за ним. Несмотря на жару, пить больше не хотелось, но я всё равно с удовольствием потягивала матча.
– Расплатимся пополам? – спросила я, как вежливая леди.
И тут же поняла, что оказалась совсем не вежливой леди.
Рю посерьезнел, покачал головой, и сказал:
– В Японии не принято, чтобы девушка платила за себя сама.
Я поняла, что оскорбила его.
– Прости, Рю-сан, я не хотела.
Он подмигнул мне.
– Ничего страшного, ты же не знала, Арису-сан.
Так меня ещё никто не называл. Арису.
Рю расплатился, но чаевых не оставил. На выходе я догнала его и спросила:
– А чаевые?
Рю снисходительно посмотрел на меня, и я покраснела.
– В Японии не принято платить чаевые, они уже включены в стоимость еды или услуги.
Какая я неловкая.
– Такая прекрасная бабочка в центре города.
Сначала я не поняла, о чём он говорит. А потом кааааак поняла!
– Здесь их не бывает?
– Не то чтобы. Но необычно, что так далеко от парка или леса. Уже очень поздно.
И действительно: зажглись городские огни, неярко светились окна невысоких трех-четырехэтажных домов.
– Я отвезу тебя в отель.