Шото пятнадцать лет, с возрастом он стал высоким и статным, в нем видно невооружённым глазом благородство, которое многим несвойственно. Красивый, умный и воспитанный. Он резко выделялся на фоне остальных парней: есть умные, но они с виду неказистые, неяркие, неинтересные, но, в основном, все среднего ума с самой заурядной внешностью. Шото покорял окружающих своими достоинствами с первого взгляда. С ним хотели многие сблизиться и он отзывался на просьбы адекватных личностей, если для него это было выгодно. Он любил взаимообмен в отношениях, чтобы не чувствовать себя должным и не заставлять тоже самое испытывать остальных.
Когда, спустя столько времени, Бакуго встретил Шото в классе , он немного засомневался, Шото ли это, из-за шрама, но услышав имя, понял, что не ошибся. Все–таки Шото был приметным парнем, а с годами стал только еще лучше, что блондин признал сразу. Однако, подходить и требовать к себе внимания не собирался, его никто не искал – значит, была причина. Может, Шото вовсе забыл Кацуки, чему тот, в принципе, совсем бы не удивился, учитывая количество внимания, которое Шото оказывали все вокруг. Блондин же, наоборот, распугивал всех своими манерами. Его подобные проявления интереса раздражали и тратили его время понапрасну.
Шото сразу узнал Бакуго, но в нем ничего не екнуло. Тодороки-младший прошел мимо него в коридоре, как мимо пустого места, подошел к первой попавшейся кабинке в раздевалке, открыл ее, снял с себя верхнюю одежду, переоделся в геройский костюм, вышел из раздевалки и направился в тренировочный зал UA.
Бакуго уже был одет в геройский костюм и, облокотившись спиной о стену со скрещенными руками на груди, дожидался начала занятия: спешить было некуда, поэтому слушал, как одноклассники травили шутки, и наблюдал, как люди маячат перед глазами, но из всех он запомнил только Шото.
Прозвенел звонок на урок, все зашли в тренировочный зал и начали слушать задание от учителя, чем они сегодня займутся на практике. Напротив них стояли летающие мишени. Необходимо синхронизировать способность свою и партнера, чтобы по ним попасть, иначе очки не засчитывали. Время шло. Шото как раз-таки закончил сотрудничество с Токоями: из своего льда он сделал панцирь вокруг них, создавая благоприятные условия для использования тёмной тени. Теперь остался Бакуго: блондину не хватило человека, чтобы организовать пару, и никто с ним не хотел становиться для аттестации. Айзава решил протестировать Шото Тодороки – человека по рекомендации.
– А что, другого никого нет? – с вызовом сказал Бакуго. – Что б с ним в паре стоять, вообще стратегии не надо. Сэнсей, гоните сюда кого поинтереснее.
Бакуго не хотел стоять с ним в паре по одной причине: придется сближаться и взаимодействовать. Он и так считал, что слишком много отвлекается на Шото.
– Губу закати и выполняй, у нас тут для всех одни правила, – равнодушно пояснил Айзава, что-то чиркая в блокноте.
Шото уверенной походкой приблизился к Бакуго вплотную на красной полосе, обернул властно одной рукой талию, вторую схватил за запястье и поднял к мишеням.
– Что за..? – запаниковал блондин. Все его лицо стало красным, будто окунули в чан с кипятком.
– Когда почувствуешь мое тепло, выпусти свой огонь. – проинструктировал лёгким шепотом на ухо. Из его рта приятно пахло мятной жвачкой. Шото сосредоточенно посмотрел на мишени. Из его тела начала сочиться аура огня и переходить на тело Кацуки. Она была блаженно тёплой, создавала эффект горячей ванны в источниках, хорошей парилки после миссии, заставляла потеть и расслабляться. От тепла квирк блондина можно было использовать на максимум.
–"А он изменился", – пронеслось в голове Бакуго. Он вспомнил, как таскал везде Шото, теперь же тот командовал им, что явно Кацуки не нравилось. Он желал поскорее вырваться из объятий Тодороки-младшего и отбежать в сторону.
Выждав немного времени, чтобы хорошенько разогреться, Кацуки подорвал все мишени одним махом, создавая огромную зону поражения, а потом он выполнил свой первоначальный план избавления от чужого присутствия за спиной.
– Слишком близко, отлипни, – Кацуки оттолкнул Шото от себя. Тодороки никак не отреагировал на мятеж блондина, он был готов к такому исходу. Шото уже отошел от Бакуго, а тот про себя сожалел, что отпустил его: контраст страсти и ненависти, сводили с ума блондина.