Шото тяжело выдохнул, это так, у него иной взгляд, как надо понравиться кому-то : надо считаться с мнением понравившегося тебе человека, уважать его, не оскорблять, понимать, входить в его положение, достаточно раза признаться, чтобы выявить, нужен ли ты понравившемуся человеку или твои чувства для него будут в тягость, не надоедать. От неприятного воспоминания отвлек их обоих новый, не менее интересный вопрос.
– Бакуго, как ты стал геем, как ты пришел к этому осознанию ?
– Мне просто все равно, какой у тебя пол, придурошный, будь ты девчонкой, я сделал бы все тоже самое. Мне нравишься именно ты, а не кто-то другой. И я уже говорил об этом. Просто у меня хватило смелости признать это самому себе, если бы тогда не высказался, было куда тяжелее от того, что не пошёл за своей мечтой. Ведь все хорошие желания должны сбываться. – поднял глаза на парня и внимательно посмотрел.
– И как давно я тебе начал нравиться, как вторая половина, что на это повлияло?
– Пожалуй, это была любовь с первого взгляда. В общем, когда мы встретились на речке в первый раз, а потом с каждым днем все хуже и безнадежнее. – посмеялся, вспоминая, как наблюдал за Шото в попытках понять, что происходит со своим сердцем и что это за чувство. – А потом мы с тобой столкнулись в UA, ты вырос и мои чувства к тебе возобновились. А что на это все повлияло...Ты просто был собой, разве этого недостаточно?
Все было сказано так искренне и мило, что Шото не смог сдержать улыбки.
– Понятно..– Кацуки хотелось стукнуть Шото за такую многословность.
Шото приобнял Бакуго за плечи и прижал к себе под бок, поглаживая от себя противоположное плечо парня, как бы говоря, что все переживания в прошлом, теперь я с тобой и готов ответить на твои чувства. Кацуки быстро утихомили эти своевременные объятия, он и сам спустя мгновение обнял Шото, положив руку на талию и прижимаясь ближе. Казалось, что Тодороки уже практически все о нем знает и раз он его принимает, то можно наконец успокоиться и не терзаться стремными мыслями. Шото подцепил подбородок Бакуго свободной рукой и поцеловал в губы. Бакуго чувствовал внутри себя успех в реализации, что он Шото нужен и необходим, и от этого повысилась его самооценка, он был чертовски горд сам собой, и от этого счастлив.
Шото повалил на пол Кацуки, нависнув сверху и не выпуская чужой рот из поцелуя, залез ладонью под футболку, трогая рельеф. Такой прыти Бакуго не ожидал, думал, что сам должен был сделать первый шаг к сближению " в этом плане ", однако, все эти речи о нежных чувствах немного поубавили пыл его намерений.
Шото к тому времени спустился к шее, оставляя на ней засос, сжал сосок, вызывая своими действиями тихие, горячие вздохи у Бакуго, заставляя щеки блондина заливаться краской. Задрал подол футболки к плечам и спустился губами к могучей груди, осыпая ее чувственными поцелуями, дошёл неторопливо до пресса, поставил новый засос, приспустил штаны с боксерами. Безусловно, Кацуки все действия Шото нравились, но отступать от своего первоначального плана он не хотел.
Бакуго схватил Шото за руку и игриво улыбнулся ему, резко сел сам и перевернул того спиной к себе, посадив к себе на бедра, таким образом обозначая, что тот пойман. Шото испытал к Бакуго страх, как дикий зверь загнанный в угол охотниками. Кацуки провел ладонями по бокам под кофтой Шото, от чего тело Шото заколотила несознательная дрожь, не обратив на это внимание, блондин начал стягивать с Шото одежду.
Бакуго был единственным, кто любил Шото, поэтому Шото хотел взамен на эти чувства сделать что-то приятное, и пока он был в активной роли, его это устраивало, но, как только его сделали пассивом, Шото сковался, начал активно сопротивляться, отталкивать от себя партнера и не давать ему возможности доминировать над собой, это шло в разрез с его собственным ощущением, он себя не считал женщиной и не мог позволить, чтобы кто-то с ним обращался подобным образом. Он отсторонился от Бакуго весь покрасневший, в его взгляде был вызов.
– Я отказываюсь продолжать этим заниматься.
Кацуки притянул Тодороки назад к себе на колени и внимательно посмотрел в глаза, удерживая за обе руки, довольно крепко.