Глава 1.
Год назад
- Хватит плестись, как капуша, Вить! - крикнула я, мчась вниз по дороге, раскинув руки в стороны. Холодный ветер трепал волосы и слегка щипал щеки. Но мне нравилось это, чёрт побери! Вкус призрачной свободы был незабываем. Но я отлично понимала, что это всё было иллюзией. Свободы - нет, а мы все отчего-то зависим. И всех людей можно купить. У всего есть своя цена. Только кто-то это признаёт, а кто-то тупит и делает из себя важного павлина, которому не нужны материальные блага, а любовь и одухотворенность - важнее всего... Что за бред, блин?
- Милли! - вскрикнул друг, когда я неудачно поскользнулась на грязи, и теперь лежа на холодной земле хохотала, как безумная. Рубашка начала пропитываться грязью и влагой. Но мне было искренне наплевать. Завтра я еду к маме и целый месяц не увижу этот гребаный город и этих людей. Городок у нас был маленьким, а люди неимоверно раздуты своим эгоцентризмом. - У меня почему-то ощущение такое, словно ты где-то ещё налакалась, когда я был в сортире.
- Держу пари тебе до сих пор хочется встречи с белым троном, - расхохоталась я, резко пиная парня по ноге, отчего тот с королевской грацией ламы, грохнулся ко мне в лужу, окатывая меня черными брызгами. - Тьфу! Ты мне в рот попал! - обвинительно сказала я, вставая и отплевываясь.
- Сумасшедшая! Ты чё творишь вообще, бомжиха укуренная?! - возопил праведным гневом Виктор, быстро вскакивая с лужи и глядя на свою светлую... ну теперь уже не совсем, куртку.
Я с ехидством на него посмотрела.
- Что боишься, что Карина Григорьевна поругает? - ухмыльнулась я понимающе, вспоминая вредную и чересчур строгую тетку, которая являлась матерью этого индивида. Но школа уже позади, и все его ужасы тоже. До сих пор не понимаю, как кто-то мог любить, и добровольно ходить одиннадцать лет в это ужасное место - школу.
- Пошла нафиг, - сразу послал меня Витя, тщетно пытаясь оттереть тонкую куртку от грязи влажной салфеткой.
Задорно рассмеявшись, я стянула с запястья черную тонкую резинку и завязала волосы в пучок. Вообще я не люблю делать причёски, а предпочитаю волосы носить распущенными. Да, они путаются, но мне нравилось как я себя с ними чувствую. А ещё у меня была странная привычка носить несколько резинок на левом запястье. Обычно они черного, красного и фиолетового цвета. Для человека, который никогда не носит на волосах резинок - это странно, в общем все-равно что какой-то тип носит с собой фляжку водки, но никогда не пьёт из неё. Я была такой же. Носила кучу барахла на себе и с собой, которые мне даже не нужны. Наверное я так себя чувствовала более уверенно.
Вдохнув запах мокрой земли, я улыбнувшись почесала нос. В конце июня, погода радовала дождем и одновременно солнцем. А учителя тут же решили обрадовать нас внеплановым походом за город в лес, в честь окончания школы, блин. Но оказалось все было далеко не таким радужным... Ну, если убирать лес от мусора, который вывозили жители городка, можно назвать чем-то приятным. А как только кто-то заикнулся, что мы больше не ученики, столь милого заведения как школа, то выслушали долгую речь, о том как они нас, бедненькие, терпели и мучались, и вообще благодаря только им у нас есть шанс стать людьми! Еще и приплели что-то про долг перед экологией и нашей прекрасной Россией. Мне иногда кажется, что если даже и затопит всю Европу (кроме, естественно, прекрасной России), как обещают предсказатели, то даже на маленьком оставшемся островке, выжившие люди будут жить лучше, чем в Великой Руси.
- Слушай, ты когда вернёшься теперь? - полюбопытствовал Витя, со вздохом снимая куртку и повязывая её вокруг бедер, чтобы его маман не запалила.
- Через месяц скорее всего, а что? - вздохнула я, пиная камень от асфальта.
Вот уже как два года после развода мои ненормальные предки живут отдельно. Моя романтичная мама нашла себе порядочного и хозяйственного кавказца и свалила отсюда, заодно прихватив с собой моего младшего брата Димку и вагон бесконечных орхидей, без которых жить не может. А папа ударился на всю голову в религию. В доме остались только две комнаты, не обклеенные всякой церковной ерундой: старшей сестры и моя. Марго же напрочь отказалась покидать наш маленький городок, заявив, что не бросит учебу в местном институте, парня и друзей. Да, и Марго всегда поддерживала отца в ссорах, а не мать.
А меня никто не спрашивал. Они решили, что мне лучше остаться доучиться здесь, а не переезжать к маме. Хотя, с отцом у нас всегда были отношения натянутые. Он считает, что рок-музыка вселяет беса в мозг, а я принципиально не переваривала остальную музыку. Он говорит, что женский пол ниже мужчин и Бог создал женщин, чтобы они ублажали мужчин, я же считаю сексизм - редкостным мудачизмом, а Бога - садистом, которому на самом деле плевать на человеческий род, иначе бы столько ужасных вещей не происходило с теми, кто меньше всего их заслуживает.