— Боже мой, она правда голая?
Скрип стульев и топот ног по полу говорят мне, что все собираются посмотреть, о чем он говорит, обо мне. Обо мне. Голой мне. Черт. Я отказываюсь смотреть на них как следует, зная, что по крайней мере у кого-то есть телефон.
Показывая ему средний палец, я отвожу от него взгляд и пытаюсь набрать скорость, не переходя на бег, потому что не хочу, чтобы меня считали слабой.
— Покажи нам свои сиськи, милая! — выкрикивает кто-то, заставляя всех смеяться громче, и я заставляю себя не закатывать глаза. Почему меня не удивляет, что в этом заведении нет ни одного сотрудника под рукой?
Мы всегда становимся сильнее. Мы всегда становимся сильнее.
Отцовская мантра "Иди к" звучит у меня в голове, ведя меня к концу коридора, который, кажется, находится в сотне миль отсюда, и у меня щиплет в глазах, мгновенное напоминание о моей потере пытается поглотить меня. Но не прямо сейчас, этого не может быть прямо сейчас.
— Кто, черт возьми, это сделал? — Такое зловещее рычание разносится по коридору, и даже мои шаги замедляются, когда звук гнева Ксавье достигает моих ушей, но мне удается продолжать переставлять одну ногу перед другой.
Я слышу шаги рядом со мной, но отказываюсь оборачиваться, я всего в двадцати футах от того, чтобы выйти наружу и оказаться подальше от этих придурков. Но внезапно чья-то рука обхватывает меня спереди, прижимая к твердой груди сзади, когда человек отводит меня в сторону коридора, лицом к ближайшим шкафчикам.
Я почти разворачиваюсь, чтобы ударить этого ублюдка по лицу, но он вовремя шепчут мне на ухо.
— Не бей меня, я прикрываю тебя.
Хантер?
Запрокинув голову, я смотрю вверх и вижу, что его внимание сосредоточено поверх его собственного плеча.
— Я в порядке, мне не нужна защита, — бормочу я, даже не пытаясь высвободиться из его объятий, и он полностью игнорирует меня.
— Не заставляй меня, блядь, повторяться, — снова кричит Ксавье, и я действительно не хочу оставаться здесь из-за этого.
— Ладно, если ты собираешься прикрыть меня, не мог бы ты просто помочь мне добраться до моего внедорожника? Тогда я смогу не мешать тебе, — предлагаю я, и его зеленые глаза мгновенно находят мои.
Его светлые волосы зачесаны набок, естественная волна пытается подхватить его попытку выглядеть опрятно, и я чувствую, как у меня чешутся пальцы провести по ним. С простым кивком его пальцы сжимаются на моей талии, когда он снова оглядывается через плечо.
— Тобиас, куртку, — бормочет он, и прежде чем я успеваю возразить, Тобиас волшебным образом появляется рядом с нами со своей легкой черной курткой в руке.
Он улыбается мне сверху вниз, протягивая куртку, чтобы я надела ее, но Хантер все еще не отпускает мою талию.
Я удивлена, увидев такой гнев в голубых глазах Тобиаса, но в мгновение ока он исчезает, когда он расплывается в широкой улыбке и обводит взглядом мое тело.
— Ты закончил? — Я шиплю, а он продолжает разглядывать экспозицию перед собой.
— Мне больше нечего делать, пока Хантер не освободит тебя, чтобы я мог помочь, — бормочет он, покачивая бровями, и мне хочется пнуть его по члену, но, к счастью, Хантер понимает намек и медленно отпускает меня.
Я чувствую каждый дюйм его пальцев, когда он проводит пальцами по моему животу, пока его рука совсем не убирается, но он не убирает руку с моей спины, продолжая загораживать меня от всех остальных.
Я делаю небольшой шаг вперед, и Тобиас кутает меня в свою куртку, и я просовываю руки в рукава, радуясь тому факту, что она сидит чуть выше моего колена.
— Нам это сейчас не понадобится, не так ли? — бормочет Тобиас, снимая липкую ленту с моей кожи, от его прикосновения у меня по спине пробегает дрожь, но еще больше я удивляюсь, обнаруживая, что он все это время смотрит в лицо, не пытаясь мельком взглянуть на меня.
Не говоря ни слова, он застегивает куртку, полностью отвлекая меня от спора, продолжающегося позади нас, когда какой-то пронзительный крик отражается от стен.
— Дальше я сам, Хантер, — бормочет Тобиас, прежде чем поднять меня на руки и прижать к своей груди.
Прежде чем я успеваю что-либо сказать, он разворачивает нас и направляется к выходу. Я не скучаю по тому, как Хантер смотрит нам вслед, или по тому факту, что Ксавьер прижал Рокси к стене рядом с кафетерием.
Это неожиданный поворот событий. Часть меня ожидала, что они будут иметь к этому какое-то отношение, и я не знаю, как относиться к тому, что они, казалось бы, защищают меня.
Дверь захлопывается за нами, когда Тобиас направляется к главным дверям, ведущим наружу, и я злюсь на себя за то, что не оказала больше сопротивления.