Нет, Миша не будет унижаться до вопросов. Пусть Виктор сам расскажет, он обещал.
Новый отдел пересмотра базовых ценностей толком не начал работать, так как остался без руководителя. Вместо Виталика Петухова исполнять обязанности главы доверили Лысоватых. Перспективные разработки и пересмотр базовых ценностей маячили где-то рядом. Распоряжение о низвержении фундаментальных основ населения спонсоры внедрили в список основных задач ближайшего времени. К тому же подло намекали, что подточить миф о войне толеранам не удалось. Но настаивали, что величие огромной нации не может быть построено на давно забытых именах и гипотетических свершениях.
«Одно из самых опасных заблуждений – убеждение в покорении космического пространства и миф о возможности каких бы то ни было лидирующих позиций в космической или любой другой отрасли. В преддверии дня космонавтики необходимо разуверить добропорядочных граждан в том, что факт первого полета в космос имеет большое значение. Фамилии Королев, Гагарин, Леонов и связанные с ними ассоциации желательно вытеснить из памяти населения, которое по инерции продолжает ассоциировать с этими людьми мнимые успехи своей страны», – было написано в секретном меморандуме, который Ковригин принес на стол Лысоватых.
Тот вспомнил о старых связях и отреагировал мгновенно:
– Я поговорю с уфологом. Космос – его юрисдикция.
Гомер Наливайко срочно был вызван на серьезный и секретный разговор с начальником отдела перспективных разработок Лысоватых. Предметом беседы стала преувеличенная значимость первого полета в космос, равно как и выхода в открытое космическое пространство. Лысоватых внезапно утратил свою обычную наглость и неприступность. Он выглядел растерянным – все-таки был ребенком шестидесятых, по этой причине его врожденная гордость за покорение космоса сопротивлялась насильственному низложению идеалов огромной страны.
Под опущенными веками Ковригина Лысоватых чувствовал себя еще дерьмовее. Соглядатай от начальства присутствовал не случайно. Вопрос, очевидно, находился под контролем третьего этажа, если не выше…
Зато Гомер Наливайко раздухарился не на шутку, хотя тоже недалеко ушел от шестидесятников. Видно, уфологи по-другому взаимодействуют с совестью.
– Ничего удивительного, – рассуждал Наливайко. – В космической коммуникации вопрос нарушения границ давно стоит ребром. На каком основании без согласования с центром межпланетного туризма эти выскочки бороздят галактическое пространство? Разве так называемый первый полет в космос был санкционирован? Тем более – выход человека в открытый космос! Уверяю, межпланетное сообщество большинством голосов поддержит инициативу по разработке карательных санкций при нарушении космических границ без получения соответствующего разрешения.
Ковригин, не поднимая глаз, согласно кивнул:
– Подключите экологов, пусть с точки зрения сохранения атмосферы или отсутствия атмосферы… – Он запнулся. – Рассмотрят вопрос. И дайте тему тревожным аналитикам – Доре расскажет в эфире, какую беду можно было наделать неразумным вторжением во Вселенную.
Наливайко вошел во вкус и горячо поддержал:
– Как минимум следует признать первый полет в космос недействительным, а выход в открытый космос – опасным прецедентом загрязнения космического пространства! Чудом не уничтожили космос! Надо же было до такого додуматься: в грязном скафандре, со всеми микробами и бактериями, без справки и кюар-кода – в открытый космос…