Это точно: он был нужен ей только в темноте, и, скорее всего, сам это понимал. «Ничего, – успокаивала себя Юля. – Разберемся. Что-нибудь придумаем».
20
Заполняя анкету, Миша удивлялся. Это был какой-то формуляр о семейном положении, родственниках и текущих занятиях. Во всех этих графах он мог бы поставить прочерк. Анкета не предполагала никаких оценок Мишиных способностей или талантов. А Виктор говорил, что по результатам анкетирования Михаилу предложат должность. Скорее всего, руководящую. Сейчас Миша с сомнением ждал результата, потому что заполненную форму нужно было отправить на обычную электронную почту Toleranium@dream.com. Единственное, что свидетельствовало о серьезности мероприятия, это «com». Оно значило, что решение будут принимать судьи международного уровня.
Результат Миша получил так же. По электронной почте. Сухим протокольным языком ему сообщили, что по итогам тестирования Михаилу Асину предлагают должность главы Толераниума. В конце сообщения было дописано курсивом: «Примите наши искренние поздравления!» Миша перечитал буквы несколько раз и, осознав, что не ошибся, возликовал, потому что «Толераниум» звучало красиво, весомо и международно.
Ликование сменилось страхом, потому что Миша не понимал, что такое Толераниум, как он будет его возглавлять, и вообще – где этот Толераниум находится…
Миша набрал Виктора. Абонент оказался вне зоны действия сети. Эх, как он ему сейчас нужен! Мише хотелось хоть с кем-то поделиться своей радостью, за неимением лучшего он сообщил новость маме. Пускай знает. Теперь-то у нее появится возможность осознать, какие перспективы у ее «домашнего» сыночка…
– Что за глупости? – Софочка озабоченно помешивала что-то на сковороде. – Какой еще глава «Толи раненого»? Тебе об учебе думать надо.
– Ты хоть понимаешь, – вскипел Миша, – что я победил среди множества участников?
– Победил в анкетном бою, – скривилась мама. – Что за бред ты несешь? Видела я эту твою анкету. Дурацкие вопросы, и такие же дурацкие ответы.
– Ты опять обшаривала мою комнату?
– Больно надо, – возразила мама. – Я вещи твои собрала постирать, вот и заглянула в компьютер. «Выберите одну из трех геометрических фигур: точка, луч, прямая…» Они что, серьезно? Постыдился бы! Тоже мне – победитель.
– Это ты так меня поздравила?
– С чем? С тем, что тебе подсунули издевательские вопросы, а какому-то чокнутому психопату понравились твои ответы?
Софочка продолжала кашеварить, а Миша оторопело стоял посреди кухни.
– Кстати, Миш, у Бергауза во вторник день рождения. – Как ни в чем не бывало проворковала мама. – Не забудь, позвони прямо с утра и поздравь его как положено.
– С чего это? – поинтересовался Миша.
– А с того, что он человек уважаемый и влиятельный. И, между прочим, помогал тебе во многом. Стыдно не знать, как выглядит «спасибо»!
– А тебе не стыдно? – рявкнул Миша и, спешно одеваясь, закончил мысль: – Мы еще посмотрим, кому будет стыдно, а кто будет гордиться. – Он выскочил из квартиры, громко хлопнув дверью.
Миша остался один на один со своей радостью, которую не с кем было разделить. Торжество победителя померкло. Ожесточенная радость. Извращенное счастье. Одинокое ликование. Жуткое, отвратительное предательство мамы, которую раньше он считал лучшим и самым близким человеком на земле. Да, она умела «правильно» любить своего ребенка. Как будто соблюдала протокол. И самый близкий друг в нужный момент исчез с горизонта. Правда, он не обязан. Он же не родственник…
Миша прогуливался быстрым шагом под мелким холодным дождем, пытаясь избавиться от раздражения. Он надеялся, что они поймут, и представлял, как вернется домой и увидит накрытый праздничный стол, за которым его будут ждать Софочка, Лаура и Бергауз. Они должны, просто обязаны разделить его праздник. Софочка блефует, она однозначно успеет накрыть праздничный стол и оповестить Лауру с Бергаузом. Миша дошел до центральной площади и обратил внимание на толпу, окружившую здание ДДТ – так в народе называли Дом детского творчества.
Там, судя по всему, завершались строительные работы. Пара зевак с умным видом обменивались мнениями. До Миши донеслось:
– Чего только не придумают. Был ДДТ, теперь будет просто ДТ.
– В смысле? – поинтересовался второй бездельник.
– Дом терпимости, говорят, открывают.
Оба радостно заржали, довольные остроумной шуткой.
«Какая чушь у народа в головах», – подумал Миша и в ожидании чуда поспешил домой.
Софочка встретила его дежурным «мой руки и за стол». Как будто не было никакого разговора про его новое назначение.