Treebeard. Толкин объясняет это имя как перевод с синдарина слова Fangorn, где fang означает бороду, а orn — дерево. Он хотел, чтобы имя было переведено по смыслу. Грузберг, Г&Г и К&К именно так и поступили. Грузберг использовал в своем варианте два архаичных элемента, в то время как Г&Г и К&К объединили современный элемент с архаичным.
В версиях Грузберг-А и Б, Treebeard назван Древобрадом. Поскольку оба элемента архаичны, само имя менее прозрачно для современного русского читателя. В версии Грузберг-В имя было изменено на Древобородый, по аналогии с рядом существующих прилагательных, таких как рыжебородый и чернобородый, и основанное на современном слове борода, которое Г&Г и К&К использовали с самого начала. К&К, Перумов и Г&Гп назвали персонаж Древобородом. Древобрад вызывает значительно большее ощущение чуда. Остается лишь пожалеть, что Грузберг заменил его. К счастью, Волковский сохранил Древобрада в своем переводе.
Тот же самый лингвистический процесс, который превратил Древобрада в Древоборода, можно проследить и в трансформации обоих элементов этого имени. Устаревшая форма брада была заменена более новой — борода, с плавным «р» между двумя гласными. По этой же самой схеме град превратился в город (см. главу "Hobbiton").
Современное русское слово дерево прежде было древом. Эта форма сохранилась в слове древесина. Тот же корень имеется и в слове древний.
Тот факт, что слова дерево и древний — однокоренные, ясно указывает на первобытные представления о деревьях, которые соответствуют и концепции Толкина. Фангорна, чье имя содержит (все его антропоморфные атрибуты не в счет) элемент от (дерево), Келеборн называл «Старейшим». Толкин подчеркивает древнее происхождение пастырей деревьев и, как подразумевается, самих деревьев, стада которых они пасли, в стихотворном Перечне Сущих, продекламированном Фангорном, где энты "землей рождены и стары как горы" (Т.84). Он еще раз упоминает об их древности и дает некоторое представление об их мощи в описании Старого леса, который "был действительно древним, уцелевшим островком бескрайних забытых лесов прошлого: и в нем жили еще, старея не быстрее холмов, отцы отцов деревьев, помнящие времена, когда они властвовали в мире" (F.181).
В римских описаниях германских стран Герцинский лес253 похож на эти бескрайние забытые леса, частью которых был некогда Старый лес. Чтобы проехать Герцинский лес из края в край в ширину требовалось девять дней, и простирался он от берегов Рейна до отдаленных регионов Дакии254. Был он столь обширным, что даже германцы, путешествуя по нему в течение шестидесяти дней, все еще не могли достичь его начала, или хотя бы услышать оттуда вести255.
Корень слова древо — на самом деле праиндоевропейское слово, которое обнаруживается в гэльском языке как dervo- и в валлийском как derwen (дуб). В древнеиндийских сложных словах оно содержится в форме *daru-, *'dru-, что является частью названия the Druadan forest. Этот лес населяли Woses, чье название Толкин переводит в своем «Руководстве» как "древние люди лесов". Соответственно, название их леса по существу является как раз повторением их собственного названия (dru- = лес и — adan = человек): лесной человек.
Этот корень — также часть этимологии слова друид. Традиционная этимология объясняет *dru- как означающее дерево и — id как производное от — wid, означающего знание. Окончание — wid и по сей день используется в русском языке в этом значении в чуть видоизмененной форме — вед. Оно встречается в таких словах, как языковед и медведь — описательное название этого животного, придуманное с целью избежать употребления табулированного слова. Древние люди верили, что вызовут дух медведя, если произнесут вслух его подлинное имя. Медведь буквально означает знающий мед. (Ср. английское слово: mead (мед), перебродивший спиртной напиток, основанный на меду). По аналогии с медведем, *druwid означало бы знающий дерево.
В древние времена отношение к деревьям было совершенно иным, чем сегодня. Под липами заключали браки и вершили суды. В честь рождения королевского сына сажали липу. Не только кельты, но и русские верили в священные рощи и поклонялись деревьям. Дуб был посвящен Перуну, богу-громовержцу, поскольку молния чаще всего попадала именно в дубы.
ВАМ также использовала элемент древ в своей версии имени, но не стала переводить второй элемент: борода. У нее он стал Древесником. Слова, оканчиваются на — ник — это существительные, образованные от прилагательных и имеющие характеристику прилагательного. ВАМ обыгрывает в первую очередь прилагательное древесный, а не древний. Такой Древобрад выглядит скорее персонажем тяжелым и неподатливым, а не бородатым мудрецом.
В варианте Уманского также обыгрывает это прилагательное. Он назвал своего персонажа Древеснобородым, что значительно более неуклюже, чем вполне читабельная версия ВАМ.
Аналогичный подход избирает и Немирова. Она использует ту же самую форму прилагательного, но только без суффикса. Ее вариант — Древес. Это изящнее, чем у ВАМ, поскольку есть намек на более древнюю форму, а от менее сложных форм (у Немировой двухсложное существительное) обычно происходят более сложные, такие, как трехсложные прилагательные у ВАМ и Уманского. Конструкция, которую использует ВАМ, указывает на прилагательное, предшествующее имени. Название главы у Немировой —. "Старый энт". Это немного сдвигает акцент с внешности и вида Древобрада на его возраст, но философский смысл почти не затрагивает.
Кистяковский, подобно ВАМ, не перевел второй элемент: борода. Однако он использовал противоположное значение корня древ. Он подчеркивает древность Древобрада, почти исключая при этом его «древоподобность». Вариант имени у Кистяковского — Древень. Оно выстраивается на том же самом архаичном суффиксе — ень, который Кистяковский использует для своего перевода имени Quickbeam: Скоростень. Именно с помощью этого суффикса Волковский затем создавал свое семейство старых "широких слов", таких как бебень и мутень (см. главу "Baggins"). Имя, придуманное Кистяковским, может восприниматься как сама древность, записанная готическими буквами на манер старинных манускриптов, благодаря ощущению, придаваемому ему суффиксом.
Редакторы Грузберг-А и Б не использовали имя, придуманное Кистяковским, поскольку Древобрад появляется только во втором томе, и когда они готовили свои издания, у них еще не было никакой возможности узнать, как с этим именем обошелся Кистяковский. В обеих версиях они оставили на месте первоначальный вариант Грузберга — Древобрад.
Г&Г столкнулись с той же самой дилеммой, что и неизвестные редакторы Грузберг-А и Б. Древобрад появляется только во втором томе, и у них не было возможности узнать, как поступил Кистяковский с этим именем. По-видимому, им не нравилось имя Фангорна на Всеобщем наречии — Treebeard. Главу в своем переводе они назвали «Фангорн», и именно так и именуют энта каждый раз, за одним единственным исключением. Когда он представляется хоббитам, то говорит: "Некоторые называют меня Фангорн, другие — Древобород. Пусть будет Фангорн" (Г&Гп ДК.60). Такая концовка с точностью до наоборот противоречит тому, как представляется Древобрад у Толкина, говоря в заключении: "Пусть будет Древобрад" (Т.84). После этого представления Толкин именует персонажа Древобрадом, в то время как Г&Г продолжают называть его Фангорном.
Подход Яхнина — гибрид, по принципу "не как у других". Его вариант Трибор. Для двуязычного читателя, это транслитерация слова tree, скомбинированная со словом бор. На моноязычного русского читателя лингвистические фокусы Яхнина не произведут впечатления. Такой читатель увидит в первом элементе число три, и первоначально расценит — в контексте начала главы — второй элемент как слово бор. На этом этапе повествования все имя будет воспринято как что-то вроде "три леса". Однако по мере развития сюжета на первый план может выступить другое возможное значение слова бор. Исходя из того, что и некоторые другие имена и названия у Яхнина содержат игру слов, вероятнее всего, такая двусмысленность преднамеренна.