Нет, наверное, она говорила прямо и откровенно: «Не убьешь медведя или, в крайнем случае, зайца — твои дети могут умереть от голода». Так что нужно было не валяться, а встать пораньше.
Но было бы просто ужасно, если б их дети умерли от голода. Тогда и меня не было б на свете, и моего папы. Ой, нет. Папа был бы. Не было бы на свете моего родного отца.
И вот только отошел мой волосатый предок от своей пещеры улучшенного типа, а навстречу ему лось. Огромный и жирный. Предок стал за дерево и пустил в лося стрелу. Выстрелил. Это в нашем представлении выстрел связан со звуком, а для тех, кто охотился с луком и стрелами, выстрел был бесшумным. И сразу же попал лосю в самую сонную артерию. Если только она есть у лося.
Он в одиночку убил огромное и опасное животное и присел, чтобы проанализировать, как это ему удалось.
И вспомнил он, что сегодня заспал, и что снилось ему, будто он умеет летать.
Он хорошо запомнил этот везучий день и потом уже, отправляясь на охоту, всегда старался вспомнить, что ему снилось. Так вот я, как этот мой предок, присматриваюсь к своим снам. Этой ночью мне снился отвратительный сон. Будто бы все люди, в том числе и я, стали телепатами. Как в фантастических рассказах, повестях и романах.
Я бы не хотела, чтоб человек обладал такой способностью. Было бы очень неудобно, если б каждый мог узнать, что ты думаешь, и ты мог узнать, что думают другие. Это, может, еще хуже, чем если выйти на улицу совсем голой.
Я, например, постоянно мечтаю. И мечты у меня очень глупые. Совсем не те, которые помогают человеку наметить пути в будущее, добиться больших производственных или еще каких-нибудь успехов. У меня совсем маниловские мечты. Я о них никому не могу рассказать. И было бы просто ужасно, если бы о них проведали путем телепатии. Я ведь уже совсем взрослая. Взрослые не могут предаваться таким глупым мечтам.
Вот, например, я сейчас очень похудела, потому что мало ем и пью мало жидкости. И я мечтаю о том, что когда нога у меня окончательно срастется, когда я начну ходить и даже прыгать, я во время прыжка так сильно втяну живот, что он прикоснется к спине. Не к спине, а, правильнее сказать, к позвоночнику.
И вдруг я почувствую, что от этого человек на какое-то мгновение, на какую-то долю секунды утрачивает всякий вес, как космонавт в своей ракете. Но ведь если подпрыгнуть в таком состоянии невесомости, то за эту долю секунды можно взлететь чуть выше, чем те, кто не знает, как нужно втягивать живот.
В прошлом году я участвовала в ответственных соревнованиях по легкой атлетике в моей старой школе. Учитель физкультуры и не скрывал, что меня поставили не за качество, а для количества. По прыжкам среди девочек я была с конца третьей. Только Надя и Софа из параллельного класса прыгнули еще ниже меня.
У нашего учителя физкультуры ужасно покраснела лысина. Конечно, он не возлагал ни на меня, ни на Софу, ни на Надю особых надежд, но даже он такого не ожидал.
Но когда я научусь на мгновение приходить в состояние невесомости, все будет совсем иначе. Я пойду тренироваться на стадион. Рядом с группой настоящих легкоатлетов. Чтоб изучить и отточить технику прыжка. Потому что если я начну прыгать без всякой техники, кустарным способом, и при этом перекрою все рекорды, то это может показаться непонятным и подозрительным.
Вначале все будут надо мной смеяться. Над тем, что я совсем неумейка. Ну и пусть смеются на здоровье. Я не стану пользоваться техникой прыжка фосбери-флоп, когда прыгун перелетает над планкой спиной и на спину же падает в яму, заполненную поролоном. А вдруг пролетишь мимо ямы и так ударишься спиной об землю, что и встать не сможешь. Нет, я буду изучать нашу передовую технику перекидного прыжка, когда прыгун как бы распластывается животом над планкой.
Затем, когда на стадионе будут городские соревнования, я без всякого предупреждения пойду в сектор прыжков и попрошу, чтоб мне позволили хоть разик прыгнуть. Мне ответят, что это запрещено правилами, но я не послушаюсь, нахально разбегусь по дорожке и с первого раза перепрыгну планку, установленную на высоте полтора метра. А может, и выше. Нужно будет выяснить, какая сейчас высота городского рекорда.
Все очень удивятся, потому что на мне не будет даже спортивной формы, и на ногах не тапочки с шипами, а самые обыкновенные кеды. Тренер очень заинтересуется моим талантом и предложит мне поступить в его группу. Но я откажусь и скажу, что я, как один выдающийся тяжелоатлет, тренируюсь сама. Без тренера.