Джоэл отбросил одеяло и огляделся. Несомненно, эта комната начинала ему надоедать.
Самое время уезжать из Эко-Кова. Они с Летти наметили это сделать сегодня, но сначала он хотел все ей объяснить. Она имеет право узнать все.
Полчаса спустя Летти вошла в кафе мотеля. Джоэл смотрел, как она направилась к нему мимо рядов столиков, казалось, не замечая ни любопытных взглядов, ни комментариев в свой адрес.
В синем рабочем костюме, как всегда немного помятом, Летти выглядела оживленной и взъерошенной, как она одна могла выглядеть. Ее очки с маленькими круглыми стеклами гордо восседали на носу, а чудесные волосы поддерживались парой золотых гребней за ушами. В глазах застыло воинственное выражение.
Джоэл смотрел на Летти с приятным ощущением, что она принадлежит ему. Это ощущение стало для него привычным. Он не мог точно определить, когда он стал думать о Летти как о близкой ему женщине, но теперь это чувство глубоко в нем укоренилось.
У него были основания думать, что это его чувство небезответно.
Он помнил, что Летти сказала прошлой ночью, когда увидела, как его забирают в тюрьму. «Это мой человек», — сказала она.
— Я очень рада, что хоть у одного из нас сегодня прекрасное настроение. — Летти села напротив Джоэла и строго взглянула на него. — Что тебя так развеселило? По-моему, ты должен был чувствовать себя ужасно. Во всяком случае, вид у тебя чудовищный.
— Простите, босс, я не хотел раздражать вас. После этой ночи мы знаем, как легко сорваться, когда тебя раздражают. — Джоэл приветствовал ее, подняв кружку кофе.
— Я не вижу повода для шуток, Джоэл. Я никогда в жизни не была так оскорблена и подавлена, как этой ночью, когда смотрела, как тебя сажают в полицейскую машину, чтобы увезти в тюрьму.
— Даже тогда, когда застала Диксона с выпускницей Глорией?
Она покраснела:
— Если бы у тебя была хоть капля здравого смысла, ты бы не делал сегодня подобных глупых замечаний.
— Верно, босс.
— Оставь при себе свой сарказм. У меня не то настроение, чтобы терпеть его.
Джоэл в примирительном жесте поднял руку:
— Ладно-ладно. Никакого сарказма. Летти села и откинулась на спинку стула.
— То, что случилось этой ночью, не имеет никакого оправдания. Ты служащий, управляющий большой компанией. Как ты мог подраться в кабаке?
— Поможет ли это делу, если я скажу, что драку затеял Эскотт?
— Нет, не поможет. В будущем я не потерплю подобных выходок. Понятно?
— Да.
— Это недостойно взрослого человека.
— Да.
— И недостойно положения, которое ты занимаешь.
Да. Ты знаешь, босс, я думаю, не стоит отчитывать подчиненного при людях. — Джоэл показал на посетителей кафе, притихших над своими кружками кофе и явно с интересом прислушивающихся к их разговору. — Это маленькое замечание твоего наставника, не более того.
Летти упрямо поджала губы, но все-таки, понизив голос, продолжала:
— Думаю, ты должен объяснить мне твое недавнее поведение. Я хочу знать, что ты имел в виду, упомянув вчера твоего отца.
Джоэл поставил свою кружку с кофе и встал:
— Пойдем. Мы не можем здесь продолжать разговор. — Он взял Летти за руку и повел за собой.
— Джоэл, подожди, я не позавтракала.
— Мы схватим что-нибудь в закусочной в конце улицы. А потом немного покатаемся. — Джоэл бросил неприязненный взгляд на посетителей кафе. — В этом захолустье никогда ничего нельзя было скрыть.
Джип несся по окрестностям города, пока Джоэл не притормозил возле маленького, обшитого досками, видавшего виды дома. Джоэл с волнением отметил, что дом обитаем. Перед входом стоял пикап. Рядом, на лужайке — баскетбольная площадка. Кто-то посадил цветы под окнами.
— Почему мы остановились? — Летти взглянула на старый дом.
— Я здесь вырос.
Летти смотрела на дом сквозь серую пелену, дождя, который шел с утра не переставая.