Он остановился и огляделся по сторонам, когда глаза привыкли к темноте. Здесь по-прежнему валялись обломки сельскохозяйственных инструментов, старые кормушки.
Джоэл с любопытством подошел к стойлу для лошадей, расположенному справа. Когда он открыл двери, металлические петли заскрежетали, как бы протестуя, что нарушили их многолетний покой. Это был тот же самый звук, который он услышал пятнадцать лет назад и который, возможно, спас ему жизнь. Это дало ему ту долю секунды, которая ему понадобилась, чтобы откатиться в сторону и таким образом ослабить удар этой доски из тика. Копленд размахивал ею как безумный.
— Здесь кто-то оставил старую попону для лошади, — сказала Летти, заглядывая в стойло.
Джоэл остановил взгляд на попоне, той самой, на которой они в ту ночь лежали с Дианой. Ничего не изменилось. Даже эта проклятая попона на месте. Волнение все больше охватывало его.
Ему не нужно было приезжать сюда сегодня. Особенно с Летти.
— Ну, мы все посмотрели.
Джоэл взял Летти за руку, желая отвести обратно к джипу.
— Подожди, Джоэл. Я еще хочу побыть здесь.
— А я-нет.
Летти взглянула на него, удивленная тоном, каким он произнес это:
— Джоэл, что случилось?
— Ничего, черт возьми, не случилось. — Джоэл пытался успокоиться. Он вряд ли мог объяснить Летти, что именно сюда он привел Диану в ту ночь, когда Копленд застал их вдвоем. Не хотел он говорить и о том волнении, которое готово было выплеснуться наружу, когда эти картины прошлого ожили в его мозгу. Джоэл снова подумал, что ему не следовало сюда возвращаться.
Летти смотрела на него, и в ее взгляде было столько тепла и сочувствия.
— Может быть, пришло время рассказать, что тогда случилось с твоим отцом? Почему ты сказал, что Копленд убил его?
— Да, наверное, пришло время. — Джоэл посмотрел на нее. — Ты можешь подумать, что я сумасшедший, что у меня навязчивая идея. Доказательств нет, свидетелей тоже. Нет ничего, и все же я инстинктивно чувствую, что прав.
Летти осторожно взяла его за руку:
— Расскажи мне все. С самого начала.
— Ты многое знаешь. Я встречался с Дианой Копленд. Ее отец ничего не знал о нас. Она сказала, что хочет подождать и пока ничего не говорить ему. Мы оба понимали, что ему вряд ли придется по душе мысль увидеть меня своим зятем. И тем не менее я был нетерпелив. Я сказал ей, что, если она этого не сделает, я сам сообщу ему про нас. Она очень расстроилась. Летти нахмурила брови:
— Расстроилась?
— Начала плакать. Заставила меня пообещать ничего не говорить Копленду, пока она осенью не вернется в колледж. Я не знаю, что должна была дать эта отсрочка. Насколько я понимаю, это был только предлог. Я, черт возьми, пытался вызволить ее, она всецело находилась под его влиянием и в его власти. Она всегда говорила мне, как он был деспотичен с ней.
— Похоже, она просто боялась рассказать ему о тебе и тянула время.
Джоэл пожал плечами:
— Может быть. Но скорее всего на самом деле она не хотела выходить за меня замуж. Ей просто нравилось дурачиться с парнем, которого терпеть не мог ее отец. Это щекотало ей нервы. В конце концов удача изменила нам. Копленд застал нас вместе.
— Копленд рассказывал мне об этом. Он говорил, что был взбешен.
— Да, он был взбешен. Когда Копленд выходит из себя, он становится сумасшедшим. Он дикарь. — Джоэл решил, что нет смысла останавливаться на подробностях. — И конечно, уволил меня. Заявил, чтобы я убирался из города.
— И ты согласился уехать?
Джоэл медленно проговорил:
— Я был более чем рад покинуть город. Я еще раз просил Диану ехать со мной, с ней случилась истерика. Она не могла ехать. Хотела мне втолковать, что это не входит в ее планы.
— Она испугалась. Испугалась выбора, который не была готова сделать. В то время она была еще очень молода.
— Не обманывай себя. Она знала, что делает. Джоэл заметил, что стиснул челюсти. Его зубной врач полгода назад запретил ему делать это. Джоэл. заставил себя расслабить мускулы шеи и плеч.
— Короче говоря, я пошел домой и лег спать. Было два часа ночи, и я не стал будить отца, чтобы сообщить ему о случившемся. Я решил преподнести ему плохие новости на следующий день.