— Итак, его зовут доктор Рик Пауэрс...
— Великолепное имя, — прокомментировала Люси.
— Согласна, и он лев-перевёртыш. Он в АСР уже пять лет, ранее работал в офисе АСР в Серпенс-Сити, штат Иллинойс. Не могла бы ты показать ему всё и помочь устроиться?
— Конечно.
Сесиль, казалось, немного расслабилась.
— Спасибо. Не могу дождаться, чтобы сообщить Марвину хорошие новости. Он может вернуться к разделке раундов в гольфе вместо наших трупов.
Люси приподняла бровь, и Сесиль печально усмехнулась.
— Извини, я знаю — совершенно непрофессионально. Я просто рада, что больше не буду получать жалобы от разгневанных членов семьи на то, как Марвин зашивает тела после того, как закончит вскрытие.
Люси поморщилась. Ей пришлось признать, что прозвище доктор Франкенштейн неплохо подходило Марвину. Семьи хотят достойно отправить своих близких в следующую жизнь, а не делать их похожими на реквизит из фильма ужасов. Марвин был не из тех, кого можно было бы назвать внимательным.
— Уверена, новый парень сработается.
Сесиль улыбнулась.
— Да, я тоже. Нам повезло, что мы его заполучили. Он переезжает сюда, чтобы быть рядом со своей семьей. Какими бы неприятными ни были последние шесть месяцев, я рада, что мы не нашли замену раньше. Интересно, играет ли он в софтбол.
Она задумчиво постучала по подбородку, и Люси тихо захихикала.
— У тебя всё нормально? — заботливо спросила Сесиль. — Ты выглядишь немного бледной.
О, человек, которым я абсолютно одержима, практически отказывается даже признать, что я жива. Но кроме этого...
— Все замечательно, спасибо.
Сесиль кивнула, но всё ещё выглядела немного обеспокоенной.
— Ну, моя дверь всегда открыта, если ты захочешь поговорить о чём-нибудь.
— Спасибо, Сесиль. Не беспокойся о новом докторе, я прослежу, чтобы он устроился, и увидимся в субботу на игре.
Лебедь-перевёртыш широко улыбнулась.
— Эти пожарные не знают, что их ждёт.
В субботу команда по софтболу соревновалась с ПЧЛЛ (прим. пер.: Пожарная часть Лос-Лобоса). Если что-то и нравилось Сесиль, так это товарищеский софтбол. И когда Сесиль была главной, это всегда было дружелюбно. Она всегда любезна, несмотря на победу или проигрыш. По-видимому, всё было немного по-другому пару лет назад, когда капитаном команды был некий волк-перевёртыш, который определённо не был великодушным неудачником.
Люси простонала. Сын обезьяны, казалось, всё так и возвращало к Каттеру.
Она наблюдала, как Сесиль скользила по коридору. Лебедихи-перевёртыши были такими изящными. Она подумала о том, чтобы рассказать о своих бедах своему боссу, но отказалась. Люси была бы более чем счастлива жаловаться, пока коровы не вернутся домой — она понятия не имела, откуда они возвращаются, это было то, что обычно говорила тетя Мэй, — но это было не в её стиле. Вместо того, чтобы сидеть и болтать о своих проблемах, она предпочла принять меры и попытаться исправить их, а тоска по любви вряд ли была серьёзной катастрофой.
Просто все действия, которые она предприняла, не приближали её к тому, чтобы на самом деле это исправить. Может, пора ей получить помощь извне.
Глава 3
— К чёрту его!
Люси моргнула, глядя на Эйвери, и светловолосая львица откинула волосы назад, получив более чем несколько восхищенных взглядов посетителей в оживлённом баре.
Они сидели на высоких стульях вокруг стола в баре «Красная луна». Это была забегаловка, которую часто посещали многочисленные агенты АСР, создававшие сексуально-заряженную атмосферу. В частности, Люси провела большую часть вечера, тоскливо наблюдая, как крокодил-перевёртыш и кролик-перевёртыш практически занимались сексом в кабинке.
Чувствуя себя подавленной, она обратилась к своим подругам за советом по поводу Каттера. В настоящее время они не говорили ничего из того, что она хотела бы услышать.