Люси заламывала руки.
— Больно не будет?
— Нет, ты не упадёшь на землю.
— Я имею в виду тебя, тебе не будет больно, когда я приземлюсь на тебя и превращу тебя в блин?
Каттер издал глубокий смех, и ему пришлось хлопнуть себя по ноге. Это были не просто её смешные слова, и серьёзное выражение её лица, когда она произносила их.
— Я буду в порядке, — проговорил он сквозь несколько последних приступов смеха.
— Твои похороны, волк, — пробормотала Люси, медленно подбираясь к краю крыши и неуверенно вставая. — Может, мне стоит перекинуться и попытаться пролезть через забор.
— На улице ты не разденешься, — строго сказал Каттер ей, — к тому же ты лёгкая, как пёрышко, ёжик.
— Ты хороший лжец, я знаю, что я пухлая.
— Брось, дорогая, у тебя идеальная фигура. Ты просто напрашиваешься на комплименты.
— Ой, вёдра для соплей! Лови меня.
Люси закрыла глаза и с чем-то вроде хлопка животом спрыгнула с грузовика. Каттер, естественно, поймал её и даже не прогнулся под её весом. Он не шутил, когда сказал, что она для него лёгкая как пёрышко или что её фигура идеальна. Ладно, возможно, у неё было несколько лишних килограммов, в отличие от его предыдущей женщины, но, блять, они были упакованы во всех нужных местах.
Неохотно Каттер поставил её на ноги и взял за руку. Понюхав воздух в поисках запаха гиены, он склонил голову и побежал в ту сторону. Люси тяжело дышала и пыхтела рядом с ним, но ни разу не пожаловалась и не попросила его замедлиться. Возможно, было жаль, что это был такой большой склад. Он действительно подумывал о предложении понести её, но вид её покачивания на бегу уже довольно отвлекал: её тёплое тело, прижатое к нему, заставило бы его полностью забыть о цели их пребывания здесь.
Каттер замедлился, когда запах Примроуз усилился. Он исходил из камеры хранения с приоткрытой дверью. Двигаясь тихо, они подошли, и как только Каттер попытался заглянуть внутрь, появилась Примроуз с наведенным на них пистолетом.
Каттер инстинктивно встал перед Люси, прикрывая её, и выхватил собственный пистолет. Или, по крайней мере, пистолет, который он стащил, когда прошлой ночью дрался с койотом. Примроуз холодно смотрела на него, пока его волк дрожал, ожидая нападения.
— Где ты взял этот пистолет? — спросил сладкий голос позади него, когда Люси попыталась обойти его вокруг, чтобы посмотреть.
Он оттолкнул её свободной рукой.
— Не важно. Тебе лучше начать говорить, Примроуз, — резко приказал он.
— Мне? — плюнула она. — Тебя разыскивают за убийство.
— Так позвони и скажи, что поймала меня. Сделай это. Я не буду стрелять, пока ты звонишь.
Примроуз сузила глаза, но не двинулась с места. Возможно, она боялась, что он выстрелит, но Каттер подозревал, что она не хотела, чтобы появились АСР. Они стояли и смотрели друг на друга, решительно неподвижно. Он слышал, как Люси переминалась с ноги на ногу позади него. Их противостояние было прервано стоном, доносившимся до них из камеры хранения.
— Кто это? — грубо спросил он.
Глаз Примроуз дёрнулся, и её рука слегка задрожала.
— Прим? — раздался дрожащий и слабый голос.
Люси втянула воздух, прежде чем уклониться от его хватки, пройти мимо него и Примроуз прямо в камеру. Примроуз медленно опустила пистолет, и он сделал то же самое.
— Каттер, — позвала Люси.
Он последовал за Люси и обнаружил, что она стоит над Сэди Бошамп. Рысь-перевёртыш лежала на койке. Она была бледна и дрожала.
— Блять, — выдохнул он.
Люси стянула повязку с раны на животе и втянула воздух, увидев перед собой кровавое зрелище.
— Я думала, ей становится лучше, — пробормотала Примроуз, стоя рядом с ним.
Её обычно жёсткие глаза были напуганы и наполнились слезами.
— Я вынула пулю, и она вроде бы в порядке. Прошлой ночью она была в порядке, но теперь она...
— У неё жар, — мягко сказала Люси, — и её тело не может справиться ни с лихорадкой, ни с заживлением огнестрельной раны. Ей нужны антибиотики. У нас есть кой-какие в здании АСР.
— Ты можешь ей помочь? — удивлённо спросила Примроуз.
— Да, но ты должна пообещать не выдавать Каттера.
Каттер изумлённо посмотрел на неё, но самым большим сюрпризом для всех было то, что Примроуз согласилась на это, даже не колеблясь.