Последнее пока еще было под вопросом. Его приветливое отношение к Луи и Джошу было единственным, что спасало его.
— Пока ты, черт возьми, живешь в моем доме, я буду говорить тебе, что делать, — произнес Даллас так, будто меня здесь и не было. — Мой дом — мои правила. Мы уже говорили об этом. Не делай вид, что для тебя это в новинку.
Наверное, остаться здесь было не самой хорошей идеей.
Я оценила расстояние до своего дома и покрепче сжала ошейник Мака. Мы с Родриго всегда старались ругаться подальше от людей… а на следующий день снова были в хороших отношениях.
— Отвали, — выплюнул Джексон, мотая головой. То, что он в ярости, было очевидно любому в пределах километра. — Мне надоело. Мне это не нужно.
Даллас горько и презрительно рассмеялся. Так же, как когда он спорил с женщиной возле дома. Не знаю, то ли у него паршивое чувство юмора, то ли он и правда переживал, но пытался скрыть это.
— Я всего лишь прошу тебя быть доброжелательным с гребаными соседями. Перестать быть ублюдком, Джек. О каком «мне надоело» может идти речь?
— Отвали. Посмотри на себя, всем, в конце концов, надоедаешь ты и твое дерьмо. — Джексон произнес это с такой яростью, что Мак зарычал.
Если бы я не подслушала разговор Далласа с женщиной в седане, предположительно, его женой, то не понимала бы, о чем они говорят. Но я его подслушала. И мне захотелось вступиться за бедного мужчину, который, возможно, был самым большим ублюдком по отношению к дорогим людям в своей жизни. Но все равно это было слишком грубо.
Джексон поднял средний палец, прижал его ко лбу брата и ушел. Что, черт возьми, не так с этим мужчиной? Мой сосед даже не пошевелился, когда его брат сделал это, продолжая пристально смотреть на мужчину, даже когда он исчез на подъездной дорожке. Вскоре раздался рев мотоцикла, и на улицу выехал мощный «харлей». Где он его парковал? На заднем дворе?
Я не знала, что делать в подобных случаях, поэтому просто стояла. Мне было неловко. Может, он не заметил, что я все слышала.
Естественно, моим мечтам было не суждено сбыться, потому что Даллас, наконец, обратил внимание на меня.
Не знаю, почему, но у меня вырвалось:
— Вы старший или младший брат?
Я даже не подумала, что этот вопрос может показаться оскорбительным. Если бы кто-то спросил Родриго, младше ли он меня, я бы дала пощечину этому нахалу.
Он издал непонятный звук и, посмотрев в сторону, куда уехал брат, покачал головой.
Отличный ответ.
К счастью, не прошло и нескольких секунд, как мой сосед повернул голову и уставился на меня с отстраненным выражением лица. Что, по его мнению, я пыталась сделать? Вызнать информацию, чтобы украсть его личность?
— Старший, — наконец, ответил он.
— А-а-а. — Это все объясняло. — Мой старший брат тоже иногда был готов убить меня. — Я могла насчитать около пятидесяти случаев, когда ему хотелось хорошенько встряхнуть меня. Боже, как я по нему скучала. — Но он ваша семья.
Наверное, я сказала что-то не то, потому что темноволосый мужчина передернул плечами так, будто стряхивал с себя что-то неприятное. Он посмотрел на Мака.
— Следите за ним получше. У нас тут не сильно интенсивное движение, но… кто знает, что может случиться, — предупредил меня грубый голос, стирая улыбку с моего лица.
Этот человек с каждой секундной раздражал меня все больше.
— Да, конечно. — Он думает, что я тупая и не понимаю этого?
— Эй! — Со стороны нашего газона раздался крик Луи. Он стоял на траве и энергично махал мне рукой.
Я помахала ему в ответ и повернулась к соседу, одновременно пытаясь убедить себя, что не нужно злиться на него из-за Мака. Он, скорее всего, не хотел меня унизить.
— Мне пора. Спасибо за… — Я показала в направлении, куда уехал Джексон. — Не знаю, что я сделала, чтобы разозлить его. До свидания.
У Далласа мгновенно улучшилось настроение, и от меня не ускользнуло то, что он бросил взгляд в сторону своего дома.
— Вы ничего не сделали. — Он посмотрел на Луи, с нетерпением ожидающего меня на газоне и произнес: — Увидимся.
Я улыбнулась.
— Увидимся. — Мы с Маком побрели к дому. По пути я наклонила голову и строго прошептала этой упрямой заднице: — Посмотри, через что мне приходится проходить ради тебя.
Мак оглянулся и глупо, как это делают собаки, улыбнулся мне, стирая все мое раздражение.
Мы без проблем пересекли улицу и направились к ожидающим нас мальчикам.
— Чего это вы стоите? Я вам плачу не за это, — выкрикнула я.
Луи недоуменно посмотрел на меня, а потом спросил брата: