Я была так расстроена, что даже не рассмеялась. Но в этот момент усталость взяла свое, и я кивнула.
— Тебе нужна помощь, кроме этого… — Даллас поднял руку и махнул в сторону зоны бедствия, на которую мне больше не хотелось смотреть.
— Нет. Мне нужно только убрать еду. Спасибо. — Я закрыла глаза и коснулась кончика носа, а через секунду приоткрыла один глаз и поинтересовалась: — Ты что-то забыл?
— Нет. Я возвращался домой из города после встречи со старыми друзьями и увидел, что никого нет. Поэтому зашел проверить и убедиться, что все в порядке. Меня впустил Джош.
Даллас вновь посмотрел в сторону двора и удивленно моргнул.
Ради своего психического здоровья я сказала себе, что мне это привиделось.
Я также постаралась убедить себя не придавать большого значения тому, что он пришел, чтобы проверить все ли у меня в порядке. Нет. Я не собиралась думать об этом. Сколько раз Даллас уже говорил, что должен мне?
— У тебя куча грязной посуды. Ты мой, а я буду полоскать, — неожиданно предложил он.
Что, черт возьми, происходит? Может, он зацепил мою машину своей, почувствовал себя виноватым и теперь пытается избавиться от этого чувства?
— Ты не обязан…
— Я уже давно не ел такой вкусной еды, а в холодильнике у меня стоит ужин на два дня, который собрала твоя мама. Я помогу мыть посуду, а ты отдашь мне оставшееся пиво. Согласна?
Нет, Даллас все-таки зацепил мою машину. Или что-то сломал. Иначе почему он такой милый? Еда на два дня не та, причина, чтобы вести себя так. Но…
Я вздохнула и посмотрела на него.
— Ты правда не обязан быть таким милым.
Даллас склонил голову набок и вздохнул.
— Я знаю, каково это быть родителем-одиночкой, Диана. Я хочу помочь, — пожал широкими мускулистыми плечами сосед. — Вы трое напоминаете мне мою семью, когда я был ребенком, — грустно улыбнувшись, объяснил он. Мне не трудно помочь.
Именно часть про родителя-одиночку убедила меня. Хорошо. Я буду идиоткой, если стану отказываться от помощи.
— Решено, — произнес он утвердительно.
— Решено. Но зная мою семью, не думаю, что осталось больше пары банок пива. Однако, они все твои. Я не выпиваю, когда мальчики дома. — Даллас кивнул и прошел за мной внутрь, после чего запер дверь.
Когда я начала сортировать тарелки, он поинтересовался:
— Не возражаешь, если я возьму одно пиво из холодильника?
— Нет, чувствуй себя как дома, — ответила я, продолжая корить себя за то, что согласилась на помощь.
Вскоре я закончила сортировать тарелки и стаканы. Даллас встал рядом со мной: я мыла посуду, а он полоскал ее и ставил сушиться. Может, через несколько месяцев, мне удастся выкроить деньги на посудомоечную машину. Но, посмотрев на пол, я поняла, что это останется чертовой мечтой. Уж лучше новый пол.
— Большинство людей на празднике — это члены твоей семьи? — спустя несколько минут молчания поинтересовался Даллас.
— Да. Практически все взрослые. Половина детей так или иначе связана с нашей семьей, а другая половина — друзья Джоша из новой и старой школы.
— Мне кажется, что ему очень понравился праздник, — заметил Даллас. Наверное, вспомнил как Джош снова и снова скатывался с водной горки.
— Надеюсь. Мне пришлось практически умолять его о вечеринке. Надеюсь, Луи согласится пойти на свой день рождения в бургерную, потому что я не переживу еще одно подобное событие.
— Правда?
— Да. Знаешь, это первый наш день рождения в этом доме… — Я замолчала и передала ему тарелку. — Последние два года мы жили в квартире, поэтому праздники приходилось организовывать в доме родителей. В этот раз я чувствовала себя обязанной Джошу, потому что сейчас наш дом не такой крошечный.
Судя по всему, Даллас меня понял.
— В следующий раз я накоплю больше денег и найму службу уборки или заставлю родственников убрать за собой перед тем, как уйти. Спрячу их ключи или что-нибудь в этом роде.
Даже мама с папой не захотели помочь.
Сосед рассмеялся и у меня по коже пробежали мурашки. Его смех был красивым и глубоким. Когда он, наконец, заговорил, то очень удивил меня:
— Мне понравились твои родители. Я видел, что твоя мама не была в восторге от моих татуировок, но она все равно вела себя очень мило со мной.
— О да, моя мама очень милая. — Вспомнив, инцидент за столом, я не удержалась и пробурчала: — Если только ты — это не я.
Воцарилось неловкое молчание, и я решила, что мы замнем этот разговор, но Даллас неожиданно спросил:
— Я обратил внимание, что она придирается к тебе.
Я фыркнула.
— Кстати, спасибо, что встал на мою защиту. — Интересно, это прозвучала столь же жалко, как я себя ощущала сейчас? — Мама почему-то забывает упоминать о том, что когда я была ребенком, то она бесилась, если я возвращалась с улицы домой грязная. Она постоянно говорила, что девочки должны быть всегда чистыми и опрятными. Веришь ли, в какой-то период она запрещала мне носить штаны, но это продолжалось недолго. — Даже при мысли об этом у меня начинало кривиться лицо.