— Мне показалось, вы приехали к Паркеру.
— Вы тоже, — напомнил ее спаситель.
— Я передумала.
— Не только дама может передумать. Не будем тянуть время, садитесь в машину. — Видя, что Девон все еще колеблется, Джеймс усмехнулся. — Не знаю, что вам обо мне наговорили, но я не питаюсь младенцами.
— Что ж, полагаю, из двух зол вы — меньшее, — не очень любезно заметила Девон.
В действительности принять окончательное решение ей помогла мысль, что ее кошелек остался в сумке, забытой в спальне Паркера.
— Я не ошибусь, если предположу, что «большее зло» в данный момент принимает у себя другую женщину?
По-видимому, Паркер унаследовал способность читать между строк от отца. Чувствуя, что Джеймс внимательно наблюдает за ее лицом, Девон постаралась сохранить бесстрастное выражение.
— Майкл, домой, — распорядился Джеймс, обращаясь к водителю.
Помолчав, Девон все так же бесстрастно сообщила:
— Могу вас обрадовать, свадьба не состоится.
Если новость и обрадовала старика, то он этого не показал.
— Знаете, вы очень похожи на свою бабушку.
От неожиданности Девон даже ненадолго забыла о своих несчастьях.
— Вы знали бабушку?
— Замечательная была женщина. Когда я заметил, что Паркер зачастил по ночам в ваш дом, я с ней встретился.
— Так вы знали?
— И ваша бабушка тоже. Она меня заверила, что положит конец ночным визитам Паркера, когда придет пора, и я доверился ей.
— Положит конец... — озадаченно повторила Девон.
— Насколько я понимаю, она, когда решила, что время пришло, побеседовала с Паркером.
Девон покраснела и смущенно пробормотала:
— Я не знала... Наши встречи были совершенно невинными.
— Не сомневаюсь, но рано или поздно природа могла бы взять свое. — Джеймс пожал плечами. — Признаться, я радовался, что у Паркера было место, где он чувствовал себя дома.
Выражение сурового аристократического лица Джеймса не изменилось, но что-то в его голосе заставило Девон забыть о смущении и посмотреть собеседнику в глаза.
— Значит, вы знали, что Паркер несчастлив, но ничего не предпринимали!
— У меня были связаны руки, — сдержанно сказал старик. — Мне жаль, что так получилось...
— Паркеру от ваших сожалений ни холодно, ни жарко! Он расплачивался за ваши ошибки!
Ее горячность не смутила Джеймса.
— Паркеру повезло, что у него есть такой преданный друг.
— Я не хочу быть его другом!
В ужасе осознав, что выдала себя, Девон зажала рот рукой. Но было поздно. От бессильного отчаяния она всхлипнула и почувствовала, что Джеймс сует ей в руку носовой платок.
— У меня такое впечатление, что Паркер тоже хочет большего, — тихо проговорил он.
— Он притворялся, это была инсценировка.
Джеймс хмыкнул.
— Так он еще и актер? Ну и ну, поистине таланты моего сына безграничны. — Он посерьезнел. — Вам, наверное, показалось, что я очень неуклюже сообщил Паркеру, что он мой сын.
— Ваше признание опоздало лет на двадцать! — Девон не скрывала негодования.
— Я любил Мелоди.
Старик воинственно уставился на ошеломленную Девон, по-видимому ожидая, что она оспорит его признание.
— Я ее почти не помню, — тихо сказала она. — У Паркера есть фотография...
— С возрастом вы поймете, что в жизни бывают поворотные моменты. Их не всегда осознаешь вовремя, случается, осознание приходит слишком поздно, когда уже ничего нельзя изменить. Если бы можно было изменить прошлое, я многое изменил бы в своей жизни, но не любовь к Мелоди. С тех пор, как она уехала, не было дня, чтобы я не сожалел, что мне не хватило смелости пойти против общественного мнения, послать к черту честь семьи и устроить скандал. Мне нужно было уехать вместе с ней и взять с собой мальчика... Впрочем, какой смысл говорить об этом сейчас? Скажите, вы считаете меня эгоистом? — вдруг спросил Джеймс.
В его выцветших голубых глазах появилось выражение глубокой печали, по-видимому, Джеймс думал о том, как все могло сложиться. Девон против воли почувствовала, что ее враждебность к старику тает.