— И ты это знаешь, потому что? — Он стоял слишком близко, но пока без угрозы, так что я еще не собиралась бить его между ног.
— Потому что от тебя не веет отношениями. — Я подняла руки и усмехнулась. — Без осуждения.
— Ага. Без осуждения. Хотя ты почему-то очень уверенно рассуждала о размере моего члена.
Я прикрыла рот ладонью и на секунду отвернулась, чтобы взять себя в руки. Я не думала, что она так быстро передаст ему мои слова.
— Или о его отсутствии.
— Да, она это упомянула. Сказала, что ее не смущают мои… ограничения внизу. Так что именно ты ей сказала?
— Я сказала, что ты страдаешь синдромом микрочлена.
— Что за хрень это вообще?
— Понятия не имею. Я импровизировала. Но, думаю, название говорит само за себя. — Я свела указательный и большой палец примерно на два сантиметра и пожала плечами.
— У тебя что, навязчивая идея насчет моего члена?
Я закатила глаза.
— Ну конечно, тебе кажется, что я одержима твоим причиндалом. Поверь, мне абсолютно неинтересно, что у тебя там припрятано.
— Поэтому ты вчера сказала то же самое Галлану? Уже два раза. Я бы сказал, это тянет на навязчивость. — Он приподнял бровь, провел языком по нижней губе, и будь я проклята, если мое женское естество не включилось на полную мощность.
Да что это вообще было?
Брэкстон Джонс был горяч, он проделал тот же трюк и ничего.
Пусто.
Тишина.
А теперь этот высокомерный, самодовольный, раздражающий хорек с членом облизывает сочную, манящую нижнюю губу, и у меня внутри все взрывается, как салют четвертого июля.
— Это называется месть, гений.
— Месть за что? Ты здесь. Я согласился на девяносто дней. С какого хрена ты сейчас подаешь мне на блюде оскорбления про член?
Лифт остановился, и я уперлась ладонями ему в грудь, отталкивая назад. Под пальцами напряглись мышцы, и я не отдернула руки так быстро, как следовало.
Но он отступил, будто я его обожгла, и жестом предложил выйти, когда двери открылись.
— Ты выставил меня шлюхой за ужином, и мне это не понравилось, — прошипела я через плечо, когда он пошел следом по коридору.
— Выставил шлюхой? О чем ты, черт возьми?
Я остановилась у двери своего номера. Его люкс был прямо напротив, и он замер.
— Ты подал это так, будто он хотел переспать со мной в рамках сделки, чтобы заманить Хуана играть за Lions. А это еще и намекало, что я вообще готова терпеть такое поведение.
С его губ сорвался горький смешок, и я одарила его предупреждающим взглядом.
— Ах да. Совсем забыл. Мне же нельзя смеяться негативно. Прости, Минкс.
Я закатила глаза, но должна была признать: «Минкс» подходило куда больше, чем «Принцесса», так что я решила не цепляться. Когда у тебя четыре сестры, ты рано учишься выбирать, за что стоит воевать.
Он сунул руки в карманы.
— Я защищал твою честь. Мне не понравилось, как он о тебе говорил, и я хотел дать понять, что владельцы команды такого не одобряют. Не понимаю, каким образом это было выставлением тебя шлюхой.
— Я не беспомощная девочка. Я сама за себя постою. Я же привела его, верно?
— Да. И я отдаю тебе должное за это. Но у меня не было шанса тебе сказать, потому что я был занят защитой размера своего члена. — Он тяжело выдохнул. — Для протокола: я заступился бы за любого сотрудника компании, если бы счел поведение неподобающим. Это не было личным. И, думаю, он все понял.
— Думаю, поняли все. — Я с отвращением покачала головой. — Больше не защищай меня. Это ставит нас в неравные условия. Как бы ты себя чувствовал, если бы я решила, что тебе угрожает какой-то тип, и влезла бы?
— Я бы подумал, что ты чокнутая. Хотя на данном этапе меня бы это уже не удивило.
— У меня черный пояс, придурок. Не недооценивай меня.
— Ты всегда такая выматывающая? — прошипел он, доставая ключ-карту.
— Всегда. Привыкай. Нам еще восемьдесят девять дней вместе.
— Не напоминай, — бросил он, повернувшись ко мне спиной, вставил ключ в замок, потом снова обернулся. — Отдохни. Завтра вылет в Чикаго в полдень. В одиннадцать будь в лобби.
Я повернулась, вставляя ключ в замок.
— У меня есть маршрут. Напоминания не нужны. Я буду.
Я закрыла дверь и улыбнулась — мне понравилось, как болезненно он воспринял тему своего микропениса. И ведь я это придумала на ходу.
Я рухнула на кровать и набрала отца. С сестрами я говорила часто, у нас был постоянный общий чат. Но с папой у меня всегда была особая связь.