— Конечно. Хоук, подожди минутку, — я улыбнулась зятю, который уже обсуждал Джексона с помощницей Вольфа, Тоуни.
— Это не может подождать до завтра? — спросила я Вольфа, когда он прошел мимо и закрыл дверь.
— Если бы могло подождать, я бы стал просить тебя о минуте сейчас?
Я закатила глаза.
— Ладно. Что такое?
— Я знаю, что ты меня избегаешь. Это не заставит вопрос исчезнуть.
Я покачала головой.
— И что за вопрос?
— Кто, черт возьми, был этот тип и что он с тобой сделал?
— Я же сказала, это просто какой-то придурок, с которым я сходила на пару свиданий, — прошипела я шепотом, чтобы Хоук ничего не услышал. Я не рассказывала сестрам. Незачем было их волновать. Я сама со всем справилась. Не понимала, почему он раздувает из этого такую проблему.
— Где нож?
— Что? Ты с ума сошел. Я заканчиваю этот разговор.
В следующую секунду Вольф Уэйберн опустился передо мной на колени, и мне стало трудно дышать, но я взяла себя в руки.
— Ты что творишь?
Его руки легли мне на бедро, и он поднял на меня взгляд.
— Либо ты скажешь, где держишь нож, либо я найду его сам. У нас здесь бизнес, и я должен знать, носишь ли ты оружие.
Его пальцы скользнули вверх по бедру под юбкой, но взгляд он не отводил.
Я запутала пальцы в его волосах и дернула.
— Встань, ты, здоровенный идиот.
— Если я встану, ты ответишь на вопрос?
Не скажу, что мне было неприятно видеть его на коленях. Взгляд раскаленный, губы припухшие, пальцы скользят по ноге.
— Да.
Слово вырвалось слишком хрипло, но я постаралась не показать, насколько он на меня действует.
Он поднялся, навис надо мной и приподнял бровь. Я залезла в сумку и вытащила складной нож.
— Доволен?
— Зачем ты его носишь? Он за тобой следит?
Я расхохоталась.
— Нет, папочка. Я всегда его ношу. Полагаю, он рассказал тебе про инцидент, когда ты, как псих, пошел за ним в туалет?
— Он сказал, что ты вытащила на него нож. И не стоит называть начальника психом. Это непрофессионально.
Я согнулась от смеха.
— Говорит человек, который только что встал передо мной на колени и ощупывал меня.
— Ты не оставила мне выбора.
— Это не твое дело. Тут нечего обсуждать. Я всегда ношу нож. Использовала его один раз — на том типе, которого ты сегодня видел. Ему не понравилось слово «нет», так что он получил коленом в пах и лезвие к горлу. Я ясно дала понять, что если он не уберется из моего дома, я без колебаний буду защищаться.
Его взгляд сузился.
— Самоуверенно для человека, который никогда не пользовался ножом.
Я пожала плечами.
— Мне и не пришлось бы. Я бы и так надрала ему зад. Но нож напугал его до смерти. Так и было.
— И все же он пытался тебе звонить.
— Я бы об этом не знала. Я его заблокировала. Я все уладила. Так что спасибо за заботу, но по его виду, когда он вышел из туалета, мне теперь нечего бояться. Ты его напугал до чертиков.
Он внимательно посмотрел на меня.
— Согласен. Но мне было бы спокойнее, если бы ты назвала его имя. Хочу знать, кому я угрожал.
Я закатила глаза.
— Энтони Глаус. Теперь доволен?
— Вполне. Так больно было сказать? — его взгляд смягчился, а уголки губ едва заметно приподнялись. Большинство бы не заметили. Я заметила все.
— Очень.
Он тихо усмехнулся, без сарказма и грубости.
— С тобой все будет хорошо. Ты едешь к Эвер и Джексону? Значит, подвозить домой не нужно?
— Нет. Все в порядке. Они потом меня подвезут или возьму такси.
— У тебя есть номер Галлана не просто так. Пользуйся, — сказал он, и лицо снова стало жестким.
— Послушай, большой и страшный Вольф. Мы этим заниматься не будем, — я кивнула между нами. — Я умею за себя постоять. Так что припаркуй свое альфа-эго где-нибудь еще и перестань мной командовать. Я на это плохо реагирую.
Я резко развернулась и направилась к двери.
— Я свяжусь с Галланом и уточню, во сколько тебя забирать.
Вот же наглость. Я схватилась за ручку и оглянулась через плечо.
— Отличный разговор.
Я распахнула дверь и вылетела в коридор, где Хоук показывал Тоуни фотографии Эвер и Джексона.
— Готова? Эвер разрывает мне телефон. Ужин готов, и ей срочно нужна доза ее Дилли, — улыбнулся он.
— Поехали, сердцеед.
Мы направились к лифту.
Всю дорогу домой мы болтали, и он рассказывал, какие новые смешные рожицы стал строить Джексон, пока меня не было. Удивительно, как сильно дети меняются всего за две недели.
Когда мы вошли к ним, в доме пахло чесноком и теплым хлебом, и у меня тут же заурчало в животе.