— Похоже на правду. Прости, что заставлял вас переживать. Но я знал, что тогда делал то, что должен. Семьям это дается тяжело, и именно это стало одной из причин, почему я ушел тогда, когда ушел.
— Я просто рада, что ты дома.
Она поставила бокал и внимательно посмотрела на меня.
— Я сегодня столкнулась с Джошем Лэндерсом. Он спрашивал о тебе.
Я поднялся, отнес бокал на кухню и поставил его на стол. Джош был моим лучшим другом в детстве. Он жил на нашей улице, и наши родители тоже дружили. По крайней мере, раньше. Теперь между всеми повис какой-то странный, перекошенный слон в комнате, и мне было удобно быть подальше от этого все те годы, что меня не было.
— Как он?
— Вроде нормально. Думаю, он хочет тебя увидеть, — сказала она, когда я снова сел рядом.
Я посмотрел в панорамные окна, где огни города светились на фоне черного неба.
— Прошло много лет. Все в прошлом. Говорить, по сути, не о чем.
— Он был с Уэстином. Он такой большой стал. Я его сто лет не видела.
Уэстин — сын Джоша.
— Я видел старую рождественскую открытку с их фотографией на мамином столе. Он уже здоровяк. Рад за него. Хорошо, что Джош в итоге взялся за ум. И уверен, Кресса делает все, что может.
— Да, говорят, она хорошая мать. Родители ее поддерживают, и это здорово. И Джош последние годы старается участвовать в жизни сына. Думаю, он правда по тебе скучает, Вольф.
— И что ты хочешь, чтобы я сказал, Сабина? Он переспал с моей девушкой через пару месяцев после того, как я уехал. С такого не отматывают назад.
Мы с Крессой встречались всю старшую школу. Она была первой и последней девушкой, которой я сказал «люблю». И меня это полностью устраивало. Я не знал, что будет, когда уеду в Военно-морскую академию, но уж точно не ожидал, что она переспит с моим лучшим другом. Она написала мне, что беременна и они решили попробовать быть вместе. Я бы, наверное, меньше его ненавидел, если бы у них что-то получилось. Тогда это хотя бы имело смысл — разрушить все наши дружбы. Но, конечно, Джош просто взял то, что хотел, а потом она ему стала не нужна. Он уехал учиться, а Кресса осталась дома с ребенком у родителей. Оба из обеспеченных семей, так что им повезло — была и моральная, и финансовая поддержка, чтобы тянуть ребенка в таком возрасте.
— Думаю, они оба жалеют. Они расстались еще до рождения Уэстина, так что роман явно был недолгим.
— Слушай, всякое бывает. Я понимаю. Я не виню ее за то, что она жила своей жизнью. Я не знал, когда вернусь. Больно ли, что это был мой лучший друг? Еще как. Долго болело. Но время лечит, и ее я простил. А вот он для меня дерьмо, потому что мы были почти как братья. Ты знаешь Джоша не хуже меня. Ему никогда не было нужно ничего серьезного с Крессой. Для него все было игрой. А мне больше неинтересно дружить с человеком, у которого нет ни капли верности.
Она кивнула.
— Понимаю. Но у тебя не было серьезных отношений с тех пор, как все закончилось с Крессой. Не все будут тебя предавать, Вольф.
— Я об этом не переживаю. Последние десять лет я мотался по миру и имел дело с вещами посерьезнее подростковых драм. И поверь, от недостатка женского внимания я не страдаю. Просто я не ищу ничего серьезного. Я хочу сосредоточиться на команде и сделать так, чтобы отец смог скоро уйти на пенсию.
Последние десять лет у меня были отношения без обязательств, и меня это устраивало. Мне нравилось заниматься сексом, проводить время с женщиной, а потом уезжать. Единственным ожиданием было доставить удовольствие, и, скажем так, в этом я всегда перевыполнял план. Секс был той разрядкой, которая мне была нужна после боевых лет. Это было единственное время, когда я мог выключить голову и просто быть в моменте.
Сабина притворно поморщилась.
— Я не хочу слышать о твоих мимолетных связях. Пощади меня.
Я закатил глаза.
— Ладно. Тогда расскажи про этого нового парня. Как его зовут?
— На самом деле его зовут Тодд. Но он представляется как Зи.
— Зи? Почему, черт возьми, он называет себя парой букв, которой даже нет в его имени?
Сабина откинула голову и расхохоталась.
— Он не любит ярлыки. Он совсем не похож на всех, с кем я встречалась, Вольф. Его волнует экология и то, как сделать мир лучше. Я столько времени встречалась с пустыми парнями. Он потрясающий, но я знаю, что маме с папой он не понравится. Так что мне нужна твоя помощь за воскресным ужином, когда я познакомлю его со всеми.
— Почему он им не понравится?
— Он просто… необычный. И особенный. И очень принципиальный. И мне это нравится, — она рассмеялась, прижав руки к груди. — Пообещай, что дашь ему шанс.