Она била больно. Каждое слово задевало так, будто я обжигаюсь о горячее пламя, и оставляло болезненные следы.
– Что ты тут делаешь? – услышала я холодный, пробирающий до дрожи голос своего мужа, входящего в квартиру.
Его мать швырнула в него журналом.
– Бессовестный! – воскликнула женщина. – Как ты мог так поступить?! – ее голос дрогнул при виде сына. Она уже не была столь надменной и пафосной. Она превратилась в обычную обиженную женщину, мать.
– Моя жизнь давно тебя не касается. Я запретил тебе приезжать сюда, – с той же холодностью отвечал ей мой муж.
– Дима! Дима, ну так же нельзя! Она же ребенок! Что она может дать тебе? Тебе нужна семья, нужны дети. Что же ты делаешь? Я же твоя мама, Дима, а ты даже не удосужился сообщить, что женился. Почему о свадьбе сына я узнаю из новостей и журналов? – ее голос сорвался, и я увидела в ее глазах слезы. – Как ты мог?!
– Ты знаешь, почему я так поступил, – ответил он. – Не превращай мою квартиру в цирк. Каждая наша встреча превращается в скандалы, упреки и обвинения. Ты вечно мной недовольна. Уж извини, мама, что у тебя такой неидеальный сын, у которого есть свое мнение! – рыкнул он. – Я не хотел, чтобы ты испортила мою свадьбу, поэтому тебя там не было.
Мне вдруг так стало жалко эту женщину.
– Дима, зачем ты так? – спросила я.
– Не лезь! – огрызнулся он на меня. – Тебя это вообще сейчас не касается!
– Прекрасные отношения, – проговорила она. – И это через две недели после свадьбы!
Мой муж только закатали глаза, обошел мать и включил кофемашину.
– Я не намерен выяснять отношения. За последние сутки мне этого предостаточно, – и он отвернулся от нас.
Я присела на диван, его мама прошла в кресло.
– А как же Алена? – вдруг спросила она, когда он уже сделал себе кофе.
– А что Алена?
– Ты же говорил, что женишься на ней. У нас с ее мамой было столько планов на вашу свадьбу.
– Рад за вас, – снова огрызнулся он, но уже спокойнее. – Только я миллион раз тебе говорил, Алена – любовница. Кроме секса и работы меня с ней ничего не связывает.
Эти слова прозвучали, как удар для меня. Он говорил это в настоящем времени. Не уточнил, что она бывшая любовница, или как-то по-другому не обозначил, что это в прошлом. Его мать заметила мою реакцию и усмехнулась.
– А ты чего ожидала, деточка? Такие мужчины, как мой сын, не могут существовать только для одной женщины. Такими, как он, нужно уметь делиться. Алена, как взрослая и мудрая женщина, это понимала и принимала. Я не одобряю этого, но все мужчины гуляют, абсолютно все. И чем раньше ты это поймешь, тем легче тебе будет жить.
– Мама! – зарычал мой муж, и чашка с кофе в его руке лопнула, разливая горячий напиток по барной стойке. Он тихо выругался, стряхивая кофе с рук, и выбросил остатки чашки в мусорку. – Уходи!
– Дима, я… – хотела она возразить, понимая, что наговорила лишнего.
– Уходи! Тебе совершенно нечего тут делать. Моя жизнь давно тебя не касается.
– Хорошо, – тихо сказала женщина и направилась к выходу. – Когда ты остынешь, мы обязательно поговорим о том, что ты натворил, сын, – и дверь за ней закрылась.
– Познакомься, – сказал Дима, обращаясь ко мне. – Моя мама, – усмехнулся. – Высокие отношения, правда?
– Зачем ты так с ней?
– Бесит! Ненавижу, когда она вечно пытается меня учить и навязывать свои правила. Я давно уже вырос, до нее никак не дойдет.
– Но она же мама, Дим, – возразила я, но продолжать этот разговор ему не хотелось, и он стал убирать остатки стекла и разлитого кофе.
– Где ты был? – Я боялась получить ответ на этот вопрос, но не спросить не могла.
– У Алекса. Этот придурок решил, что он самостоятельно может себя вылечить и свалил из больницы. Я оставил ему тетю Алю, чтобы она помогала. У него постельный режим. Нам придется тут как-то справляться самим.
– Это не проблема.
Он только кивнул. Я чувствовала, что он не хотел со мной говорить. Но почему? Ведь я не виновата в том, что случилось.
Глава 44. Кейт
Еще пару дней он со мной почти не разговаривал, но постепенно его отпускало и все стало налаживаться. Я ждала обещанного наказания, сильно переживала, но его не последовало, и я успокоилась. Он ушел с головой в работу, ездил к Алексу, а я вела домашние дела, пока наша тетя Аля помогала Саше. Мы не говорили о нем. Я боялась спрашивать, а он ничего не говорил.