Под конец недели в нашу квартиру ворвалась красивая, очень яркая брюнетка с такими же глазами, как у моего мужа.
– Что ты тут делаешь? – вместо приветствия спросил мой муж, который в это утро еще был дома.
– Мы не виделись почти полгода, и ты вот так меня встречаешь? – спросила она очень приятным голосом. – Это она? – указала девушка на меня.
– Да, моя жена – Кейт. Кейти, малыш, – это Даша, моя младшая сестра, которая непонятно что тут забыла.
– Может, я соскучилась! Ты же, сволочь белобрысая, не позвал меня на свадьбу! – надула она губки, но он не отреагировал, только снова спросил:
– Даша, что ты тут делаешь?
– Дим, я не могу там больше. Я забрала документы из универа и вернулась домой.
– Ты охренела?!
– Ди-и-им, ну правда. Ну первый год еще было интересно, на второй уже скучно, я не могу так больше. Я тут доучусь, честно-честно.
– Пиздец! – выругался Дима. – Ты могла позвонить? Как я теперь должен тебя устраивать в универ? М? Ты могла бы перевестись, а теперь что? Обратно на первый курс?
– Ну ты же все можешь, – протянула она, хлопая ресничками, чем-то напоминая мне Ксюху. Я не удержалась от улыбки. – Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, ну, Ди-и-им.
– Хрен с тобой, – отмахнулся он, – придумаю что-нибудь.
– А можно я поживу тут? – тут же оживилась она.
– Конечно нет! У меня жена вообще-то.
– И что?
– Ничего, Даша. Жить будешь у матери.
– Эй! – возмутилась она.
– Без «эй». Считай, что это твое наказание. Через полгода не вылетишь из универа, сниму тебе квартиру… Может быть. Тема закрыта. На выходные можешь остаться тут, но в понедельник свалишь.
– Хорошо, – обиженно проворчала девушка и потащила сумки наверх.
– Ну вот, – обнял он меня сзади, целуя в шею, – ты познакомилась со всеми членами моей семьи. Есть еще бабушка, к ней мы обязательно съездим чуть позже. Она тебе понравится.
– А я ей? – спросила я, прекрасно помня разговор с его мамой.
– Обязательно, – промурлыкал муж. – Хочу тебя… сейчас, – и нежно прошелся языком по ушку, вызывая ураган мурашек.
Он подхватил меня на руки и унес в спальню, открывая дверь ногой, отчего та сильно бахнула о стену. Уронил на кровать и навис сверху, впиваясь глубоким поцелуем в мои губы. Кажется, я никогда не перестану сходить с ума от таких его поцелуев, напористых, страстных и в то же время чувственных и нежных. Я успела соскучиться по нему вот такому за эту неделю. Его ласки стали настойчивее, они заводили все сильнее, я прижималась к нему, стянула с него футболку и провела пальцами вдоль позвоночника, его дыхание стало чаще. Моя футболка отлетела куда-то в сторону, горячий язык коснулся возбужденных сосков, вырывая мои стоны.
– Моя девочка, – шептал мой любимый мужчина. – Маленькая моя.
Его поцелуи становились все ниже, заставляя выгибаться ему навстречу, дышать чаще. Он снял с нас остатки одежды, но не торопился переходить к главному. Дима опустился вниз, раздвигая мои ноги, целуя внутреннюю сторону бедра, слегка прикусывая разгорячённую кожу. Я снова застонала в голос. Это невероятное ощущение, мне хотелось большего. Он провел пальцами по влажным складочкам, раскрывая их, и его язык коснулся клитора. Он ласкал и посасывал заветную точку. Я сминала простыни, зарывалась руками в его волосы, почти кричала, но он тянул, не давал разрядки.
– Попроси меня, – услышала я сквозь пелену возбуждения. – Попроси, ты же хочешь кончить. Я могу долго мучить тебя, – его голос был хриплым, дыхание частым, он тоже хотел большего, но медлил. – Ну же, моя девочка, попроси меня, – и снова коснулся языком, делая что-то невероятное, выбивая очередной стон, снова довел до грани и остановился. – Попроси, – шептал он. – И сделаю то, что ты так хочешь…
– Пожалуйста, – всхлипнула я, – пожалуйста, я больше не могу, я задыхаюсь…
– На первый раз пойдет, – сказал он и ввел в меня пальцы, одновременно лаская языком, интенсивно, страстно.
Через пару секунд меня накрыло волной яркого оргазма. У меня дрожали ноги, сердце готово было выпрыгнуть из груди, невероятное ощущение. Он ворвался в меня своим возбужденным членом, вбиваясь часто, голодно. Я обняла его за шею, прижимая к себе, не давая отстраниться, целовала везде, где могла достать, и, когда он получил свою порцию удовольствия, прошептала: