Ждала и спрашивала себя — все ли в ее роду такие же идиоты, или же она одна такая. Караулить практически незнакомого человека, который впоследствии вероятно съездит ей пару раз по физиономии — как морально так и физически — и будет прав. Кто она такая, что таким наглым образом вмешивается в его жизнь?
— Девушка, — резкий голос медбрата вырвал ее из глубины философских раздумий. — Вы как, пациента сегодня на ночь оставите, или же домой заберете.
— Ой, а я даже не знаю. — растерялась Катя. — Может ему лучше пока под наблюдением врача побыть. А домой завтра.
— Оно-то, конечно, лучше, — согласился медбрат, потирая вспотевшие руки. — Только у нас сейчас больница переполнена. А у него ничего серьезного — перелом да пара царапин. Класть нам его негде.
— Тогда я, пожалуй, заберу его домой.
Легко сказать, заберу домой. Не к себе же его тянуть. А где живет он, Катя даже не представляла. И как тянуть на себе здорового мужчину с временно недееспособной ногой? Придется взять такси и молиться, чтобы лифт у него работал.
Медбрат предупредил, что от вколотых Ярославу лекарств его может тошнить, и провел Катю к кушетке, на которой прикорнул пострадавший. Катя склонилась и заботливо убрала с его лица прядь волос. Ярослав открыл глаза и удивленно уставился на нее. Но вскоре удивление сменилось раздражением: видимо, он ее узнал. Он попытался приподняться на локте, и тут его стошнило. Прямо Кате на колени.
— Батюшки, — сказала она, поднявшись во весь рост и хлопая ресницами поверх очков, которые нелепым образом сползли на самый кончик носа. — Теперь я знаю, как ты ко мне относишься. Можно было просто сказать.
Ей почудилось, или в его глазах промелькнула искорка смеха? Катя немного воспрянула духом и огляделась по сторонам в поисках какой-нибудь завалящей тряпки.
— Нас таких ароматных в такси не пустят. Так что не лежи столбом, снимай рубаху.
— То есть как «нас»???
— Нас, я тебя домой забираю. В больнице мест не хватает.
— Тебя, кажется, Катя зовут?
— Катя.
— А ты не много на себя берешь, Катя?
— С тобой, кстати, менты поговорить хотят. О ДТП.
— Я догадался, Катя…
Они молча уставились друг на друга, скрестив, как рапиры, взгляды. Она, гордая и старательно маскирующая свой стыд и неловкость напускной наглостью, и он, больной и разъяренный, но уже не равнодушный.
Глава 23
Вот уже несколько месяцев Олег не находил себе места. Сначала эта эпопея с чертовым Косматым, едва не стоившая ему жизни. Потом Лида.
Как она могла так просто взять и исчезнуть. Не только из его жизни — ее она никогда не благодетельствовала своим присутствием — из города вообще. Ни друзья, ни знакомые, ни родственники — ни сном ни духом. И все как один: звонила оттуда-то, отдыхает с тем-то, вроде бы собирается за него замуж. Как ни больно было думать об этом, Олег все-таки сумел взглянуть на это с точки зрения здравого смысла.
Он думал об этом, часами просиживая на скамейке возле ее подъезда. Соседи уже даже успели привыкнуть к нему, как к неотъемлемому атрибуту двора. Мусорный бак проглотил не один бесполезный букет цветов, а асфальт — сотни растоптанных окурков.
Это было очень непохоже на Лиду — уехать, бросив все, с неизвестным мужчиной. Сначала Олег думал, что ему просто не хотят говорить о ее новом женихе, но потом понял, что последнего никто даже в глаза не видел. Чтобы Лида могла так поступить? Для этого ей нужно было бы родиться Юлькой.
От Юльки, кстати, тоже никаких известий. Изредка, примерно раз в месяц, позвонит спросить, как дела. О сестре молчит, вроде ничего не знает. Странно то, что обе исчезли практически одновременно. Юлька понятно. Олег сам велел ей убираться. Но Лида?.. И все же… за квартиру кто-то платил. Олег проверял лично.
Тяжелое предчувствие не давало Олегу успокоиться. Хорошо бы, если обе скрываются где-то у родителей. А если нет, если с Лидой что-то случилось, и она срочно нуждается в помощи. В его, Олега, помощи. А если ее уже нет в живых.
Олег почувствовал, как внутри все похолодело. Он поспешил прогнать прочь дурные мысли. Нет смысла больше сидеть и ждать у моря погоды. Нужно все выяснить.
Если с Лидой все в порядке, и она просто где-то скрывается по неизвестной ему причине, один человек обязательно должен об этом знать, и уж он точно скажет ему правду. По старой армейской памяти. Если же даже Ярик не знает, где его невестка, то тогда с ней действительно случилась беда.
Насколько Олег помнил, Ярик теперь обитал в Донецке. У него даже был точный адрес. Поэтому добраться до него было лишь вопросом времени.
В четверг утром Олег уже был в Донецке. Незваным гостем. Все попытки дозвониться до Ярика окончились неудачей. Что ж, в конце концов, взрослый человек может позволить себе ночевать вне дома.
Как оказалось, на работе его тоже не было. Секретарша приятным голосом сообщила, что Ярослав Прокопенко находится на больничном, и искать его следует дома. Олег пожал плечами, уточнил адрес и отправился к нему домой.
За дверью квартиры одиноко надрывался телефон, набираемый Олегом по мобильному. И тишина. Никого нет. Где-то бродит больной.
В подъезде было душно, Олег вышел на улицу и закурил, улыбнувшись про себя горькой улыбкой. Ждать под подъездом ему не привыкать.
Улица вокруг была пуста. Неудивительно, в четверг утром все нормальные люди работают, дети — в школе, студенты — в университете, кому еще бродить по улицам, скрашивая его одиночество. Послышался шум автомобиля, и через секунду у подъезда притормозило потрепанное такси.
Олег с интересом наблюдал, как из машины вышла, прямо так сказать, немаленькая девица с длиннющей косой, в очках. Выйдя, она развернулась к Олегу спиной, продемонстрировав внушительные округлости, и стала помогать выбраться из салона своему спутнику. Несмотря на комплекцию ей было явно тяжело, а водитель и не думал почухаться, чтобы помочь.
Олег вздохнул, отшвырнул сигарету и поспешил ей на помощь. Девица зыркнула на него своими глазищами поверх очков, которые, как оказалось вблизи, чертовски ей шли, буркнула скупое «спасибо», и вдвоем они вытащили на свет божий сухощавого старца с поломанной ногой.
Олег позволил ему опереться на себя и поддерживал, пока девица расплачивалась. Потом они взяли его под руки и потащили к подъезду. Старикашка был на своей волне и молчал.
— Лифт не работает. — как бы между прочим сказал Олег.
— Вот черт, — пробормотала девица. — Раз уж помогли выйти из машины, помогите уж и добраться. Четвертый этаж.
Олегу стало весело. Занятная девочка. А он совсем не прочь познакомиться с ней поближе. Как-нибудь другим разом. Тут старикан неожиданно очнулся и подал голос.
— Ради Бога, отвали, Катя. Иди домой. Я уж как-нибудь без тебя.
— На одной ноге? — скептически спросила Катя.
— Хоть совсем без ног. Только уйди с глаз долой.
От неожиданности Кравцов потерял дар речи. Его голос, голос, который он не перепутал бы ни с чьим другим. Никогда. Но эти седые волосы, заросшее стариковское лицо. Олег круто развернул его к себе и обомлел.
— Ярик?..
— Кравцов…Что ты здесь делаешь?
— Жду тебя. — Олег во все глаза смотрел на изможденное постаревшее лицо некогда бывшего ему лучшим другом, и никак не мог поверить. — Ты что, болен?
— Только не надо мне сочувствовать. И трогать меня тоже не надо. — он решительно вырвал руку, покачнулся и свалился бы, если бы не Катя, которая вовремя удержала его за плечи.
Лицо Олега потемнело. Он резко отодвинул девушку в сторону, и при всей своей кажущейся хрупкости, ловко поднял Ярика и закинул себе на плечо.