- Да я бы рада тебя взять, ты только скажи куда. Может нам туда нельзя. - сдалась я.
- Да, не самый лучший пример, хотя со стороны смотрелось прикольно. - вернулась в свой обычный образ Женевьева.
- Ах, это ты притворялась?!! - дошло до меня. - Хорошо притворяешься.
Похвала так себе, но Жене понравилось.
- Это называется актерское мастерство. - "расцвела" Женевьева. - Давай покажу кое-что серьезное.
- Александр Пушкин. Письмо Татьяны к Онегину. - Женя села за стол и сразу изменилась. Сейчас платье на ней смотрелось гармонично и лёгкая грусть придала ангельское очарование её лицу. - Я к вам пишу - чего же боле?
Что я могу еще сказать?
Теперь, я знаю, в вашей воле
Меня презреньем наказать.
Но вы, к моей несчастной доле
Хоть каплю жалости храня,
Вы не оставите меня.
Сначала я молчать хотела;
Поверьте: моего стыда
Вы не узнали б никогда,
Когда б надежду я имела
Хоть редко, хоть в неделю раз
В деревне нашей видеть вас,
Чтоб только слышать ваши речи,
Вам слово молвить, и потом
Все думать, думать об одном
И день и ночь до новой встречи.
Но, говорят, вы нелюдим;
В глуши, в деревне всё вам скучно,
А мы… ничем мы не блестим,
Хоть вам и рады простодушно. - как-то очень гармонично и душераздирающе молвила Женевьева. Будто это от неё так далёк тот мелис.
Я замерла тревожно.
- Зачем вы посетили нас?
В глуши забытого селенья
Я никогда не знала б вас,
Не знала б горького мученья.
Души неопытной волненья
Смирив со временем (как знать?),
По сердцу я нашла бы друга,
Была бы верная супруга
И добродетельная мать. - я смотрела на неизбывную тоску и какое-то простодушное раболепие Жени.
Это точно она?
- Другой!.. Нет, никому на свете
Не отдала бы сердца я!
То в вышнем суждено совете…
То воля неба: я твоя;
Вся жизнь моя была залогом
Свиданья верного с тобой;
Я знаю, ты мне послан богом,
До гроба ты хранитель мой…
Ты в сновиденьях мне являлся,
Незримый, ты мне был уж мил,
Твой чудный взгляд меня томил,
В душе твой голос раздавался
Давно… нет, это был не сон!
Ты чуть вошел, я вмиг узнала,
Вся обомлела, запылала
И в мыслях молвила: вот он!
Не правда ль? Я тебя слыхала:
Ты говорил со мной в тиши,
Когда я бедным помогала
Или молитвой услаждала
Тоску волнуемой души?
И в это самое мгновенье
Не ты ли, милое виденье,
В прозрачной темноте мелькнул,
Приникнул тихо к изголовью?
Не ты ль, с отрадой и любовью,
Слова надежды мне шепнул?
Кто ты, мой ангел ли хранитель,
Или коварный искуситель:
Мои сомненья разреши.
Быть может, это все пустое,
Обман неопытной души!
И суждено совсем иное…
Но так и быть! Судьбу мою
Отныне я тебе вручаю,
Перед тобою слезы лью,
Твоей защиты умоляю…
Вообрази: я здесь одна,
Никто меня не понимает,
Рассудок мой изнемогает,
И молча гибнуть я должна.
Я жду тебя: единым взором
Надежды сердца оживи
Иль сон тяжелый перерви,
Увы, заслуженным укором! - слёзы потекли из моих глаз сами собой. Половину слов я не понимала, но надрыв Жени ранил мою душу.
Вот она - настоящая любовь.
Так написать "не жениху" - это больно наверное. Это стыдно и страшно.
- Кончаю! Страшно перечесть…
Стыдом и страхом замираю…
Но мне порукой ваша честь,
И смело ей себя вверяю… - Женя легла на исписанный лист щекой и смотрела на меня пустыми глазами девушки, вверившей свою честь не тому человеку.
- Женя! - всхлипнула я.
- Правда классно? - вскочила вдруг со стула Женевьева и схватила мои ладони, начала меня раскачивать как маятник.
- Женя! Это было совсем не весело! - возмутилась я её резкому переходу, ввергшему меня в ступор.
- Это не обязательно должно быть весело. Бывает даже страшно. - Женя вдруг схватила меня за грудки и приблизив свое лицо к моему очень близко, яростно рявкнула:
- Ты чё-ё-ё? Нарываешься, мелкая?
- Я? - захлопала я ресницами.
- Чё дурочку из себя корчишь?! - рявкнула Женевьева, хищно и недобро глядя мне в глаза.
Самое страшное, что артефакты никак не среагировали на прямую угрозу.
Я запаниковала.
- Да расслабься ты - это актёрское мастерство. Причём достаточно посредственное. - снова огорошила меня Женя резким перепадом настроения.
- Это страшно. - призналась я. - И опасно. Не делай так больше.
- Почему? - заинтересовалась Женя.
- Тебя убить за такое могут. Не показывай никому. - решительно посоветовала я девушке.
- Как у вас тут всё запущенно. - сникла Женевьева. - Скучные вы, как кости мамонта - деревянные.
- Кости? Кого?
- Мамонта. Это слон такой - мохнатый.
Я пожала плечами.
- Ну животное такое... Большое! - Женя развела руками на пол комнаты.