Глава 40.
Четверг начался с того, что Белла проснулась раньше будильника. За окном ещё было темно, дождь барабанил по крыше, и где-то в лесу, она знала, Эдвард только что сменил Джаспера на посту. Она подошла к окну, раздвинула шторы — и ничего не увидела. Только чёрные силуэты деревьев и бесконечную стену воды.
Телефон мигнул сообщением: «Ты не спишь. Я слышал, как ты встала».
Она улыбнулась, хотя он не мог этого видеть. «Не спится. Страшно».
«Мне жаль, что ты боишься. Но я здесь. И не уйду».
«Знаю. Спасибо».
Она хотела написать что-то ещё, но не знала что. Слова казались слишком маленькими для того, что она чувствовала. Страх смешивался с благодарностью, благодарность — с чувством вины. Если бы не она, Каллены не оказались бы под угрозой. Если бы она не приехала в Форкс, Виктория охотилась бы где-то далеко, а Эдвард спокойно жил бы своей вампирской жизнью, играя на рояле и презирая всех вокруг.
Но она приехала. И теперь уже ничего нельзя было изменить.
В школе Белла поймала себя на том, что рассматривает одноклассников как будто в последний раз. Джессика, которая болтала без умолку о платьях и мальчиках. Анджела, тихая и добрая, которая всегда угощала её печеньем. Майк, который всё ещё дулся, но украдкой бросал на неё взгляды. Эрик, который поправил очки и спросил, не нужна ли ей помощь с домашним заданием.
Они не знают, — думала Белла. — Они понятия не имеют, что рядом с ними живут монстры. И что эти монстры — единственная защита от других монстров.
— Ты сегодня какая-то отрешённая, — заметила Анджела на ланче.
— Просто задумалась, — ответила Белла.
— О чём?
— О том, как быстро всё может измениться.
Анджела посмотрела на неё с лёгким беспокойством, но не стала допрашивать. Она была слишком деликатна для этого.
Джессика, напротив, не знала меры.
— Ты и Эдвард идёте на выпускной? Да или нет? Мне нужно знать, чтобы рассадить вас за правильный стол!
— Мы идём, — сказала Белла, удивляясь собственным словам. Она только что приняла решение. Если это был её последний школьный вечер — если Виктория убьёт её или Каллены уедут навсегда, — она хотела хотя бы раз почувствовать себя нормальной девушкой.
— Ура! — захлопала Джессика. — Я помогу тебе с платьем. У моей кузины есть магазин в Порт-Анджелесе, там такие красивые вещи!
— Хорошо, — кивнула Белла. — Давай съездим в субботу.
— А Эдвард? — спросила Анджела. — Он тоже пойдёт выбирать?
— Не думаю, — усмехнулась Белла. — Он не очень любит магазины.
После уроков Эдвард, как обычно, ждал её у пикапа.
— Я слышал, ты согласилась на выпускной, — сказал он, открывая дверцу «Вольво».
— Джессика слишком громко радовалась?
— Я слышу всё, что происходит в радиусе мили, — спокойно ответил он. — Это одновременно благословение и проклятие.
— Что ты слышал обо мне?
— Что ты не выспалась, что ты написала список ночью и сожгла его, и что ты боишься за всех нас, хотя бояться должна только за себя.
Белла замерла. — Ты слышал, как я жгла бумагу?
— Я слышал, как спички трутся о коробок, как бумага трещит в огне и как пепел падает в воду. Я не знаю, что ты написала, Белла. Я только знаю, что ты что-то скрываешь.
Она села в машину и уставилась в лобовое стекло.
— Это было о Виктории, — сказала она. — В моих снах я вижу, как она действует. Она не нападает в лоб. Она создаёт новорождённых и использует их как пушечное мясо, чтобы ослабить защиту. А потом наносит удар сама, когда все устали и отвлеклись.
Эдвард молчал, переваривая информацию.
— Откуда твои сны знают тактику вампиров? — спросил он наконец.
— Я не знаю, — солгала Белла. — Но они никогда меня не обманывали.
— И что ещё ты видела?
— Я видела, что вы победите. Но не без потерь, — она посмотрела на него. — Я не знаю, кто пострадает. Только то, что битва будет жестокой.
Эдвард завёл двигатель. — Мы должны рассказать остальным.
— Нет, — быстро сказала Белла. — Только ты. Если я расскажу им, они подумают, что я сумасшедшая. Или что я опасна. А ты и так знаешь слишком много.
— Я никому не расскажу, — пообещал он. — Но ты должна понимать: если твои сны — правда, мы можем использовать их, чтобы подготовиться.
— Используй, — разрешила Белла. — Я расскажу тебе всё, что помню. Но ты должен будешь придумать объяснение для остальных.
Эдвард кивнул, и они поехали домой.