- Не верите? А ведь у каждой вещи есть душа. И у домов тоже. Просто не все могут такое чувствовать, а я могу, - чтобы скрыть волнение, наклоняюсь к столу и едва не касаюсь его губами. Шепчу, словно умоляя о поддержке: - правда же?
Думаю, Марк и без того считает меня ненормальной, так что хуже не будет.
- И что ещё тебе сказал этот дом? - он и правда не выглядит удивлённым.
- Понимаете, вещи не разговаривают со мной как люди. Я просто чувствую отклик в душе. Холодный укол - если что-то плохое. Приятное тепло - если хорошее. Но чтобы всё-всё прочувствовать, нужно время, а у меня его не было. Даже комната, в которой я живу… не могу определить её прошлое. Ничего плохого, ничего хорошего. Чья это комната - вашего брата?
- Нет. В детстве он тут не жил.
- Почему?
- Потому что.
Ответ - будто тот самый холодный укол. Я снова ступила на опасную дорогу. Нужно возвращаться назад.
- Простите. Это, конечно, не моё дело. Я вообще собиралась спросить про Амстердам, а не про вашего брата. Мы поедем туда на машине?
- Я хотел на машине, но потом передумал… ради тебя, София, - в голосе сквозит ирония.
- Как это?
- Ты - художник, а художник должен видеть жизнь во всех её проявлениях. Так что в этот раз тебя ждёт поезд.
Может, он снова хочет меня задеть, но я лишь пожимаю плечами: после самолета и ярмарки поезд уж точно переживу.
- Хорошо. Когда выезжаем?
- Тогда, когда ты перестанешь зевать.
- Что? Но я…
- Возвращайся в спальню. Выспишься, а потом поедем.
Как назло, после этих слов я действительно начинаю зевать.
- Ладно. Но я лишь немного посплю. А потом всё здесь уберу.
- Я ещё не принял тебя на работу.
- Но надежда есть? Вам ведь понравилось, как я готовлю? Убираю тоже хорошо.
- Нисколько не сомневаюсь, - снова насмешка. - Проблема в другом: ты оказалась слишком болтливой. Это ужасно.
- Кто, я? Да я - самое молчаливое создание на свете!
- Иди уже спать, создание, - он кивает в сторону двери.
Театрально вздохнув, выхожу в холл и поднимаюсь на второй этаж. Провожу пальцами по перилам, прощаясь с домом. Разговор с Майером был шуткой, но теперь я чувствую, как в горле возникает вязкий комок.
Я знаю точно: пройдут недели, месяцы и годы. Я могу десятки раз приехать во Франкфурт и даже поселиться в какой-нибудь гостинице в Хёхсте, но то, что случилось со мной в этом доме - пугающее, неправильное, странное, - больше никогда не повторится.
Почему-то мысль об этом вместо желанного облегчения приносит что-то другое - тоскливое и щемящее. Необъяснимое. Ускользающее.
То, что у меня никак не получается понять.
То, что, мне, возможно, понимать ни в коем случае не надо.
Глава 7. Правда или действие
Первое, что бросается в глаза, когда мы выходим из здания центрального вокзала Амстердама - болезненно-красное, словно порванное в клочья, закатное небо. Не глубокая синь Ван Гога, а мареновые хлопья - устрашающие, завораживающие.
Я влюбляюсь в этот город мгновенно, и очень жалею, что проспала полдня - столько времени потеряла!
Четыре часа в поезде пролетели быстро. Мы с Марком сели у окна, друг напротив друга. Я достала скетчбук и стала делать наброски. Соседнее место всю дорогу оставалось свободным. А вот Марку не повезло - рядом расположилась женщина с малышом. Малыш хватал женщину за шнурок куртки и всё время повторял: «Шнурек-шнурек-шнурек» (как я поняла, они были из Польши). Вскоре ему это надоело, и он переключился на Марка - остаток пути дергал его за рукав. Марк сердито ерзал на кресле, а я едва сдерживала смех - так ему и надо.
Он до сих пор хмурится. Боюсь спросить, куда же мы идём, но всё проясняется довольно быстро. Стоит перейти дорогу, немного пройти вправо - и мы оказываемся около пятизвездочного отеля. Замедляю шаг, рассматривая название: «Barbizon Palace».
- Э-э… мы будем жить здесь?
- Тебя что-то смущает?
Да. Меня смущает всё. В очередной раз чувствую себя неловко. Останавливаюсь.
- Я понимаю: для вас это, может, ничего не значит. Но для меня - большие деньги. Знаете, это уже слишком. Как я потом должна расплачи…
- София, ты можешь хоть сейчас меня не раздражать? Хотя бы один вечер? Честно - я не хочу с тобой спорить. Не хочу ни о чём думать. Я просто хочу отдохнуть. Развлечься.
- И вы один собираетесь… развлекаться?
Почему-то я спрашиваю совсем не то, что хотела. На лице Марка появляется усмешка.
- На самом деле, мне всё равно, - быстро исправляю ошибку. - Вот абсолютно безразлично. Делайте, что хотите. Я найду, чем заняться.