- Больше.
Почему я отвечаю на глупый вопрос вместо того, чтоб прекратить бессмысленный разговор?
- В любом случае, выглядишь гораздо моложе. Такая маленькая, хрупкая, жизненного опыта почти нет. Если хочешь серьезных и длительных отношений, Марк тебе не подходит. Впрочем, Богдан, мне кажется, тоже не подходит. Тебе бы найти ровесника или кого-нибудь попроще. Конечно, я не могу настаивать и заявлять - не связывайся с Марком, не связывайся с Богданом. Это твоя жизнь и я знаю, что чувствам не прикажешь. Но приготовься к тому, что может быть очень сложно. Настолько сложно, что жизнь разлетится вдребезги.
У меня уже голова идет кругом от этого разговора. Резко поднимаюсь со стула.
- Спасибо, что поделились опасениями, но насчет Марка вы все-таки ошибаетесь. Я бы в любом случае никогда в жизни не стала… с таким, как он. Никогда. Даже если б он не был моим начальником… - слова почему-то застревают в горле. - Извините, мне нужно идти.
8.7
Делаю шаг в сторону двери.
- А ты действительно хорошо рисуешь?
- Э-э-э… - Уварова так неожиданно меняет тему, что я в очередной раз теряюсь. - Я не… не знаю. Когда-то ходила в художественную школу.
- Да? Как интересно. Можешь показать свои рисунки?
- З-зачем?
- Ох! - Альфия поднимается со стула и подходит ближе. Наклоняется к моему лицу. - Что-то ты опять побледнела. Ладно, иди София, не стану тебя задерживать. Как-нибудь потом об этом поговорим.
Правила приличия требуют ответить что-нибудь вежливое, например, «вы меня вовсе не задерживаете», но я не могу. Выдавив «всего хорошего», быстро выхожу из кабинета, хватаю вещи и даже не помню, как добираюсь домой.
Во рту - странный привкус, словно разговор с Уваровой - как это всегда бывает после неприятных разговоров - горечью осел на языке. Завариваю травяной чай с мёдом, но горечь всё равно не проходит.
Мысли путаются. Что означают эти предупреждения? Была ли Уварова моим врагом или знала что-то, о чём я понятия не имела?
Почему-то вспоминаются слова Майера об отравленной душе. Если это правда, то чем она отравлена?
Чтобы отвлечься от тягостных мыслей, принимаю душ и ложусь в постель. Пытаюсь уснуть, но не получается. Стоило подумать о Майере, как в голове, помимо воли, всплывают другие воспоминания.
«Он сказал, что у него есть женщина».
Неужели у Майера была постоянная женщина?
Нет, не может быть. Постоянство и Майер - вещи несовместимые.
Или может?
А вдруг она и сейчас есть?
Какая-нибудь беспроблемная. Та, что согласна на отношения без обязательств. Та, которую устраивает, что её могут бросить в любой момент.
Чёрт, ну почему я об этом думаю? И почему меня это так раздражает?
«Майер, Майер, Майер…» набатом бьется в голове.
Кажется, этот человек замайерновал мой мозг.
И пока у меня лежат его вещи, пока я представляю, как мне придется их возвращать, я не избавлюсь от навязчивых мыслей. Так и буду вспоминать - то поездку, то историю с рубашкой. А теперь еще и разговор с Уваровой, будь он неладен!
Надо поскорее с этим покончить. Вернуть пакет и больше никогда не думать о Марке Майере.
…Быть смелой ночью, в своей постели, очень легко.
Но на следующий день решимость улетучивается. Хотя судьба, кажется, и хочет мне помочь - Майер на работе задерживается, а вот Милана, наоборот, сегодня почему-то не вышла (а значит, не будет приставать с глупостями) - мне не хватает смелости пойти к Марку.
Вечером, когда все расходятся, я сижу и смотрю на двери его кабинета. Потом набрасываю плащ и выхожу на улицу. Я загадала так: три раза обойду здание по часовой стрелке. Если свет в кабинете не погаснет, значит, это знак: я должна вернуться.
Один.
Я иду как можно медленнее…
Два.
… Жадно глотая холодный воздух…
Три.
…Но свет не гаснет.
Тяжело вздохнув, возвращаюсь назад.
Беру пакет и поднимаюсь на второй этаж. Подхожу к кабинету - и снова становится страшно - нет, не смогу!
Собираюсь сбежать, но не успеваю - дверь распахивается.
И Марк вовсе не выглядит удивленным.
Как будто он знал, что я стою за дверью. Как будто он ждал меня.
Открываю рот, чтобы объяснить свое появление, но он меня опережает:
- Заходи. Думаю, нам нужно поговорить.