— А ты завидный красавец! Я проспала полдня и полночи, больше не хочу.
— Голова болит?
— От твоей навязчивости, да.
— Сейчас примем лекарство… подожди секунду, я сполосну стакан. Ляг, Алена, тебе надо набираться сил…
— Гранд!
— Что?
— Пожалуйста, прошу тебя… — начала жалобно. Наклонилась к его лицу так близко, что он моргнул от удивления.
— Да, Алена… чего ты хочешь? — у бедняги аж голос дрогнул. Ну, точно, умом тронулся. Настолько невыносимо было от меня зависеть, что теперь будет третировать меня своей заботой, пока не выберемся на волю. — Что с тобой? Тебе что-то нужно, Алена?
— Прошу тебя… пожалуйста… — повторила со слезами в голосе, наслаждаясь моментом.
— Да… — Гранд охрип от эмоций. Торопит меня, хочет скорее узнать, что мне нужно. Чтобы сделать это, рассчитаться за мою помощь. Чтобы мы были квиты и снова могли вернуться к ненависти.
— Выпрыгни в окно! — бросила ему в лицо и вышла из ванной.
Я легла обратно в постель. Раз уж спала в ней, то теперь нет смысла выкаблучиваться. Лежу и думаю о неприятном: как же мы с Грандом похожи! Что за чертовщина, честное слово! Никогда бы не подумала… но ведь мы точно поменялись ролями: я отталкиваю его помощь и не признаю свою слабость. А он настаивает.
Гранд устроился на полу, кряхтит, пыхтит. Напрашивается на приглашение в постель, не иначе.
— Если хочешь перебраться на кровать, я не возражаю.
Не стану врать, что он подпрыгнул, но движение было достаточно резким.
— А ты?
— А я лягу на пол.
Гранд выругался и лег обратно у кровати.
— Спи, Алена! Не думай о плохом и спи. Я вытащу нас отсюда. Если выспишься, появятся силы.
В лихорадочном порыве Гранд так разошелся, что слова не вставишь. Хорошо хоть по делу, а не о черемухе с нафталином. Объяснял, что Бертраму выгоднее отпустить нас без осложнений, что Лоренс все разрулит, ко мне не подпустят прессу, так что не будет никаких вопросов о романтическом приключении.
— Скоро ты будешь свободна! — пообещал Гранд, и я поневоле расслабилась. Успокоилась. Не доверилась, этого не случится, но приняла его версию событий.
— Как только Бертрам убедится, что Лоренс сделал обещанное, он нас отпустит. Нам завяжут глаза и отвезут в оговоренное место. Там нас подберет Лоренс.
— Почему он до сих пор нас не нашел?
— Он пытается. Поверь, он делает все возможное, но на это требуется время.
— Ты можешь сказать, какое преступление совершил Бертрам?
— Инсайдерская торговля. Лоренс предоставил полиции письма и документы, подтверждающие передачу инсайдерской информации, а теперь сообщит им, что они подделаны.
— И все? Ты считаешь меня дурочкой? Полиция быстро разберется, что это неправда. Ведь на документах есть имена, и этих людей можно допросить.
— Я упростил ситуацию, но все будет хорошо. Остальное тебе лучше не знать.
— С какой стати Бертраму тебе верить? Когда нас отпустят, ты можешь явиться в полицию, рассказать о похищении и обо всем остальном.
— Могу, но я этого не сделаю, и Бертрам об этом знает.
— Почему… О! У них есть информация о тебе, да? Ты тоже не чист.
— Ничего сравнимого с масштабом их преступления, но да, мы все повязаны в этой игре. Я уже предупредил тебя о том, что я за человек.
— Ты что, помнишь наш ночной разговор? Про черемуху и нафталин? И родинку на моей лопатке?
— Я рассказал тебе про родинку?? — Гранд сел, и его вопрос прозвучал у самого уха.
— Ну, извини, конечно, но это не секретная и не инсайдерская информация. Родинка, вообще-то, моя, поэтому я о ней осведомлена.
— Как часто ты разглядываешь свои лопатки?
— Не так, чтобы очень, но о родинке знаю.
— Любовник рассказал?
— Да.
— Родинка в форме капли.
— Спасибо за подробности! — усмехнулась. — А про черемуху помнишь?
Волнение Гранда зарядило воздух вокруг нас.
— Нет. При чем тут черемуха?
— Не знаю. Я и слово-то случайно знаю, из детской книги.
— Что еще я говорил? — спросил встревоженно.
— Что я пахну, как твоя бабушка.
— Это был комплимент?
— Сомневаюсь, речь идет о нафталине.
— Еще что?
— Что ты глянцевое дер+мо.
— Это я помню.
— Про то, как ты лгал, воровал…
— Да. Я тебя предупредил.
— Не стоило беспокоиться. Очарование уже давно спало.
— А оно когда-то было?
— Был синдром идола. Ты казался идеальным, и у тебя было все, о чем я мечтала: потрясающая работа, интересная жизнь, уважение и любовь окружающих. Как-то так.