Он угрожал Гранду, напоминал об уликах против него… но я потеряла способность понимать английский. Гранда отпустят, а меня оставят заложницей. Александр пообещает мне спасение, наговорит красивых слов, а потом обманет. Не вернется за мной… и тогда…
Господи…
Я не справлюсь без Гранда. С ним было трудно, но без него… Я не выживу одна в цветочном Аду.
Замороженная страхом, я не сводила глаз с Джейка. Гранд тоже напрягся, подтверждая мои опасения. Хорошо, что я раньше не додумалась, что меня оставят заложницей, иначе сошла бы с ума.
Обо мне не говорили ни слова. Нарочно. Джейк, потому что не собирается меня отпускать, а Гранд — потому что…
Я боюсь думать, почему.
Боюсь, что его обещания — все то же глянцевое дер+мо. Что ему наплевать на мою судьбу, как и раньше, как и всегда.
Следовало быть смирной, покорной, слушаться Гранда и умолять о спасении. Взывать к его жалости. Плевать на гордость и на ненависть, я хочу жить.
Сцепила руки в замок, опустила голову. В ушах пульсирует ужас. Хочется закричать, выбежать отсюда, доказать им всем, что я не имею отношения к их жизни, к их жестоким играм и темным порокам.
Но я сижу без движения и почти не слушаю мужчин, пока в духоте цветочной комнаты не разносится имя «Алена».
— Алена, пойдем! — говорит Гранд. — Нам пора.
Он выделяет слово «нам».
— Не так быстро! — останавливает Джейк. Он усмехается, довольно щурится, потому что ожидал, даже предвкушал этот поворот событий. — Речь шла только о тебе, Гранд.
Я жду виноватого взгляда Александра и обещаний, что он решит все проблемы и вернется за мной.
Я жду моментального предательства.
В прошлый раз, когда Джейк угрожал насилием, я даже не посмотрела на Гранда, не ожидала от него помощи. В этот раз я смотрю. Вижу чертовски красивый профиль Гранда, взгляд, раздирающий лицо Джейка в клочья, и не знаю, что думать. Надежда колеблется около нуля, как стрелка индикатора пустого бензобака.
— Тогда начинаем сначала, — говорит Гранд, усаживаясь обратно на край постели.
У этого мужчины нечеловеческие силы. Ведь до сих пор шатается от головокружения и слабости, его все еще мутит от боли, но держится королем положения.
Ему место в больнице, а не в схватке с Джейком, обезумевшим от жажды денег и мести. И от вседозволенности.
— Повторю на случай, если ты сразу не понял, — цедит Гранд. — Мы с Аленой — комплект. Один пункт сделки. Уверен, что лишняя тряпка в доме найдется, так что завязывай нам глаза и поехали.
Джейк постукивает ботинком по ножке кресла.
— Ты, Гранд, явно не осознал, что находишься в моей власти, и условия диктую я.
Джейка распирает, пучит от собственной важности.
— Не совсем так! — вежливость Гранда слишком похожа на угрозу. — Условия ставит Бертрам, и я убежден, что после фиаско с похищением он дал тебе очень четкие указания отпустить нас обоих. Особенно если ситуация изменилась, и Бертрам требует новых переговоров.
В тишине слышен скрип зубов Джейка. По его неестественно прямой спине и сжатым губам очевидно, что Гранд прав. Полагаю, надо поблагодарить Бертрама за то, что ко мне не прикоснулись, несмотря на угрозы. Или поблагодарить Гранда, хотя и не хочется.
Надо же, у их пагубных игр есть границы, как трогательно! Развращенные, избалованные мерзавцы с принципами. Как же я хочу домой!
— Может, и так, а может, и нет. — Джейк достает из кармана пистолет. Сегодня на нем джинсы и синяя рубашка. Две верхние пуговицы расстегнуты. Волосы чуть влажные после душа, глаза сияют синевой. Он красив. Улыбчивый жестокий безумец с пистолетом в руке. — Может, я и отпущу Алену, а может, оставлю себе. Или попрощаюсь с ней так, что она меня не забудет. — Поднявшись, Джейк подошел ко мне и грубо схватил за ворот рубашки. — И ты ничего не сможешь сделать, Гранд! — крикнул, оглядываясь на соперника.
Я вцепилась в сидение стула до боли в пальцах. Джейк прав, в нынешнем состоянии Гранд ничего не сможет сделать, даже если захочет.
Джейк тряхнул меня и усмехнулся.
— Что ты сделаешь, Гранд, если я свяжу тебя и заставлю смотреть, как я трахаю Алену? Да и зачем тебя связывать? Ты немощен, как ребенок.
Гранд не шевелится. Взгляды мужчин летают по комнате огненным пунктиром.
Тело Джейка пышет горячей энергией, сотрясается безумной дрожью. Он способен на самую непредсказуемую жестокость.
Одним движением он поднимает меня на ноги и толкает к кровати. Я выворачиваюсь, но он сильнее.
Гранд не шевелится.
Джейк хватает меня за талию и бросает на кровать.