— Не могу. Другие не знают твой рецепт бульона.
— Раствори бульонный кубик в горячей воде из-под крана. Грязной горячей воде.
— С грязью намного вкуснее!
Я поймала себя на мысли, что с возвращением Гранда мне стало спокойнее. Тело расслабилось, отяжелело, готовясь ко сну. И ведь не поймешь, то ли я волновалась за Александра, то ли хотела его защиты. То ли привыкла к нашим перепалкам, и к Гранду тоже, к его неровному ночному дыханию. А теперь что-то глубоко внутри стало на место.
Чертовщина какая-то, надо срочно избавляться от этой зависимости.
— Что вы делали с Лоренсом? — спросил Гранд.
— Ревнуешь?
— Ты даже не представляешь, насколько.
— Мы ужинали и смотрели телевизор.
— Что-нибудь интересное?
— Нет.
— Разговаривали?
— Немного.
— О чем? — встревоженно поднял голову.
— О тебе. О твоих женщинах, об изменах, о развлечениях с танцовщицами, о том, как вы с Лоренсом искали ночные приключения в Париже…
— Идиот, я его урою!
Гранд продолжал ругаться, пока не заметил, что я смеюсь.
— Лоренс прав, ты свихнулся. Неужели ты думаешь, что твой лучший друг станет со мной откровенничать? Мы вообще о тебе не говорили.
— Откуда ты знаешь про Париж?
— Из твоей биографии. Вы с Лоренсом создали фирму в Париже, вот я и ляпнула наугад.
— Бл+. Развела меня.
— Было бы на что! Мы с Лоренсом разговаривали только о Люкасе, о том, как он поднял дикий шум на фестивале, когда я пропала. Тиль подлила масла в огонь, сказав, что мы с тобой ушли в одно время, и процитировав мои высказывания. Для официального розыска было рано, но Люк решил, что ты меня похитил, и позвонил в компанию в поисках твоего телефона. Лоренс вмешался, разрулил ситуацию и воспользовался романтической версией Тиль.
Гранд потерся затылком о мое бедро.
— У тебя хорошие друзья. Угрозы не помогли, Люкас не отстал, и Лоренсу пришлось объяснить ситуацию и давать ежедневные отчеты о поисках. Представляешь, как его это бесило?!
Я засмеялась, представляя серьезность моего напарника и его перепалки с Лоренсом.
— Я должна позвонить Люку.
— Сегодня все сделаем. — Гранд устало вздохнул.
— Сначала ты должен выспаться.
— Я в порядке, вздремнул в больнице. Алена, скажи, ты спишь с барменом?
— С Ником?
— Да. Ты спишь с ним?
— Вдвоем — нет, только с участием Люкаса.
— Что?!? — Гранд дернул головой и поморщился, прикладывая ладонь к виску.
А на моих глазах слезы от смеха.
— Гранд, отстань, не сплю я с Ником, а вот ты иди поспи, а то так и буду тебе голову морочить.
— Я уже сплю. — Снова улегся на мою ногу. — Так я буду знать, что с тобой все в порядке.
— Охраняешь меня, как собака?
— Угу.
— А если я захочу в туалет?
— Разбудишь, и я тебя отведу.
— Гранд?
— Ммм?
— Отвали, а?!
— Ты злишься на меня?
— Иногда.
— А сейчас?
— Я слишком сонная, чтобы злиться. Вот как проснусь, тогда…
— Злость лучше равнодушия.
— Я учту твои пожелания.
— Я никогда не был к тебе равнодушен.
Я тоже, но я скорее откушу себе язык, чем признаюсь в этом.
— Алена, тебя как в детстве называли?
— Аленькая. Только, пожалуйста, не пытайся это произнести.
— У этого слова есть значение?
— Производное моего имени и слова «маленькая», потому что я была невысокой.
— А сейчас типа выросла?
— Отвали еще раз!
— Аллинкайя. Похоже?
— Нисколько.
— Аленкайя. Уже лучше.
— Нет.
— Научи меня произношению!
— Я не позволяла тебе так меня называть.
— Так позволь! Научи меня произношению и позволь. А я разрешу называть меня прозвищем.
— Каким?
— Александр Великий.
— Пошел ты знаешь куда! — аж хрюкнула от смеха. Великий он, понимаете ли. Знаю, что сама придумала, но вспоминать об этом стыдно. — Как тебя в детстве называли?
— Александр.
— А уменьшительно-ласкательно?
— Никак. Когда ругали, то Александр Джордж Томас Вильям Гранд.
— Здорово. Пока родители договорят все имена, уже забывают, на что рассердились.
— Полный список имен звучит угрожающе, попробуй!
— Александр Джордж Томас Вильям Гранд!!!
— Вот видишь, ты тоже ко мне неравнодушна… — хихикнул, как мальчишка. — Алена, у тебя голова болит?
— Нет. А у тебя?
— Немного, из-за больницы.
Мы разговаривали с закрытыми глазами. Сонные, ленивые голоса, переходящие в шепот.
Гранд пошевелил головой, поудобнее устраиваясь на моем бедре.