— После нападения и похищения поверить в такое немыслимо, но в любом случае, я на твоей стороне, потому что знаю, на что способен Бертрам.
— В любом случае останешься на моей стороне? Выступишь против всех? — Александр криво усмехнулся. — Не разбрасывайся такими обещаниями, пока не узнаешь, в чем заключается его новая игра.
В ответ я только пожала плечами. В этой игре и мои ставки. Свобода и безопасность. И еще одна, новая ставка: мне больше не все равно, что случится с Александром.
— Ты доверяешь мне с Бертрамом, но не в остальном?
— Ты и сам не знаешь, что случится в будущем. Новизна ситуации быстро пройдет, и останется только букет неловких воспоминаний.
— Неловких?! В каком смысле? — Александр дернул меня за руку и прижал к груди. Распластал ладонь на пояснице, надавливая, заставляя терять равновесие и держаться за него. — В этом?
Его губы мягко прошлись по моим, мазнули по щеке. Кончик языка разомкнул зубы и проник вглубь, резко и быстро, так сильно, что от возбуждения дернулись колени. Александр развел мои ноги бедром, и я конвульсивно сжала его в порыве похоти. Он застонал мне в рот, резко вдавливаясь в мои бедра. Сильные руки спустились ниже, скомкали юбку, поднимаясь вверх. Все это за считанные секунды, от нуля до 100 км/час чистого желания.
— Вот этот неловкий момент ты будешь вспоминать? Как мы чуть не занялись любовью у самой дороги, наплевав на проезжающие машины? — спросил в мои приоткрытые губы, ловя частое дыхание.
Я дернулась изо всех сил, словно очнувшись и осознав, где мы находимся.
— Шшш… спокойно… я бы отпустил тебя, но не было ни одной машины.
— Точно?
— Точно, ни одной машины, только пара шокированных ворон, они никогда не видели такую аппетитную попку!
Кружилась голова. Казалось, я падаю на спину в остатки пожелтевшей на солнце пшеницы. Притяжение между нами сильнее разума, оно разрушает силу воли.
Взяв меня за руку, Александр пошел к дому.
— Если бы ты видела себя моими глазами, ты бы не волновалась о будущем. Ты мягкая в моих руках, теплая, как солнечный луч, но внутри ощущается металлический стержень. Ты никогда под меня не прогнешься, не растворишься в ежедневном шуме.
— Я не чувствую этого стержня. Я даже не знаю, что буду делать дальше.
— Если позволишь, мы решим это вместе.
— Это трудно объяснить, но я должна сама… понимаешь?
Наверное, он не понял, потому что промолчал. Мы вошли в коттедж. Кожа горела от солнца или от присутствия мужчины, наполнившего меня противоречиями.
Мы топтались в прихожей, не находя себе места, потом поднялись по лестнице.
Между нами не притяжение, а буря. Аура Александра придавливает меня к полу. Даже идти тяжело, будто бреду по морскому дну, а воды по горло. Каждый шаг — титаническое усилие. Все во мне беснуется, тянется к нему. Разум уже принял решение, я должна уехать. Должна настроить мою жизнь, как сломанный радиоприемник. Не могу оставаться рядом с ним, никакая, потерянная, яркое пятно, которое он пытается разгадать. Если останусь, нас закрутит острое счастье, а потом разрушит меня, потому что конец близок. Не верю я в постоянство Александра. Он разгадает меня, как детскую головоломку, которая кажется сложной, пока в упаковке, а как раскроешь — все сразу понятно и просто.
Не могу так.
Но и без Александра не могу тоже. На самом глубинном, химическом уровне не могу. Всем сердцем знаю, что он мой, для меня, что и я нужна ему не просто так. Но какие могут быть знания у сердца? Вот разум и нашептывает всякое…
— Подумай над моим предложением! — попросил Александр, когда мы подошли к моей комнате.
— Я уже подумала.
— И каков вердикт?
— В мой личный закрытый клуб вступить непросто, — сказала я серьезно. — Но раз в году в очень особенный день одному счастливчику дается такое право.
Александр обнял меня, улыбаясь в спутанные от ветра волосы.
— Даже если он этого недостоин?
— Это своего рода амнистия.
— Ты постараешься мне доверять?
— Да.
Не знаю, осознанно я говорила или нет, но «да» прозвучало от чистого сердца.
Александр провел ладонью по моей щеке, легко поцеловал в нос.
— Старожилы твоего клуба не одобрят то, что я хочу с тобой сделать, — чуть усмехнулся.
— Ты знаешь правила игры, — ответила в его губы. — Главное — выбрать правильную клюшку!
— Я тебе выберу… — пригрозил Александр, но не смог закончить предложение. Смазанный поцелуй, сплетение языков, его рука, беспорядочно шарящая по двери в поисках ручки. — Я хочу сделать это правильно… не торопиться… чтобы запомнила… — ронял бессмысленные обрывки фраз.