— Интересные дела! — Александр снял очки от солнца и изумленно глянул на меня. — Ты?! Из всех людей именно ТЫ даешь мне такой совет??!
— Мсти. Сражайся с ними их же методами. Я бы и сама сделала что-нибудь мерзкое, но мой арсенал намного меньше твоего.
— Эээ… спасибо? Если это был комплимент, конечно.
— В данный момент — да, комплимент. Постарайся! Еще недавно ты был отменным мерзавцем, поищи это в себе. Уверена, найдешь! И Лоренса подключи, он тот еще гад.
— Своеобразный совет.
— Пусть так. Иди, не стесняйся, делай гадости, а я буду тобой гордиться.
— Похоже, я тебя испортил.
— Да. Боюсь, я потеряна для приличного общества.
Александр взял меня за руку и притянул ближе.
— В такой ситуации переезд в мою квартиру уже не кажется хорошей идеей, да и у Люкаса тебе небезопасно. Я сниму тебе квартиру в тихом районе, а если дело затянется…
— Я собираюсь вернуться домой. Не хочу ограничивать твои действия. Вполне возможно, что тебе придется жениться на Каре хотя бы на время, чтобы избежать скандала. Я не хочу прятаться и уж точно не хочу очередных столкновений с прессой. Я не смогу тебе помочь, если ты постоянно за меня волнуешься.
Александр усилил хватку на моей руке, словно собираясь насильно меня удержать.
— Ты уже купила билет?
— Нет, хотела сначала поговорить с тобой.
— Я задам тебе только один вопрос. Ты мне доверяешь?
— Да. Целиком и полностью.
Кивнул.
Александр знает, что я права, что мне здесь делать нечего. Сидеть и ждать? Заставлять его чувствовать себя виноватым? Прятаться от прессы?
Нет уж.
— Как Люк? — спросил Александр после долгого молчания.
— Играет.
— Ты тоже?
— Немного. В основном готовлю ему еду. Люк растолстел после моего возвращения, набрал не меньше пары килограмм.
— Неплохо за три дня. Останешься у него до отъезда?
— Да. Напишешь мне в пятницу, когда будет результат теста?
Александр резко выдохнул.
— Да, но ты и сама знаешь, что результат будет положительным. Иначе Бертрам бы и не согласился. А после этого снова начнутся угрозы.
Александр не говорил этого напрямую, но и не скрывал того, что его судьба предрешена.
Мы долго прощались. Странное дело: чем хуже ситуация, тем мы ближе. Чувствуем друг друга как никогда, хотя и ничего не говорим. Сидим рядом, глядя на сгущающиеся сумерки. Да и что скажешь? Тягу не описать, рваную боль внутри тоже, а хорошее… о нем говорить опасно. Ведь скоро наступит пятница, и Бертрам нависнет угрожающей тенью, сметая все обещания, данные в момент откровенности.
Весь вечер я провела в своей комнате, бедняга Люкас топтался под дверью, пытаясь выведать мои печали. А наутро я достала планшет, чтобы забронировать билет домой.
Бабуля меня любит, это несомненно, но после неожиданной семейной славы у нее разгорелась личная жизнь, поэтому новость о возвращении блудной внучки она восприняла сдержанно.
— Если вернешься, то называй меня по имени, ладно? А то все бабуля да бабуля, будто я старуха какая-то!
Я поискала вакансии в родном городе, прочитала новости радиостанции, посмотрела расписание программ, а потом открыла почту. Надо найти Лоренса, чтобы узнать номер паспорта. Реклама, новости, письма от друзей… среди всего прочего затерялось письмо на английском языке. От незнакомого адресата. Тема: «Новые вакансии в компании».
Открыла, гадая, о какой компании идет речь, и удивленно моргнула, не веря глазам. Александр продал большую часть косметической компании, оставив лабораторию новых биотехнологий, которая впоследствии приобрела независимый статус. Мне написала начальница отдела кадров. Странное письмо. Они набирают работников для нового проекта, меня порекомендовали как очень подходящую кандидатуру, и научный директор хочет со мной встретиться.
Письмо адресовано мне, я проверила.
Научного директора лаборатории биотехнологий я помню смутно, познакомилась с ней во время стажировки и уж точно не сделала ничего особенного, чтобы ее впечатлить. Кроме, конечно, Кофегейта… но о той славе вспоминать не хочется.
Письмо показалось настолько нереальным, что я в сомнении поскребла пальцем планшет.
Это вмешательство Гранда, не иначе! Он задался идеей задержать меня в Лондоне и ни перед чем не остановится. Вместо ожидаемого раздражения я ощутила тепло. Приятно, когда тебя добиваются и хотят удержать.
Минутку…
Письмо датировано днем, когда мы сбежали от похитителей… Значит, Гранд не имеет к этому отношения.