Я послушно поднимаюсь и, взяв с собой ведро, выхожу из комнаты.
Полощу рот и горло, чищу зубы, смотрю в зеркало на незнакомое лицо, покрасневшие глаза, отечные веки.
Это не я.
Такое не может случиться со мной. Чтобы столько всего подряд… это невозможно.
Ник стучится в дверь ванной.
— Эй, ты там не заснула?
Я открываю дверь.
— Мне кажется, я на дне, — говорю тихо, потом вдруг начинаю смеяться. Истерически, всхлипывая. — Я надеюсь, что я на дне, что хуже уже не будет.
Ник берет меня за руку, ведет в комнату и садится рядом на постель. Он открыл окно, и в комнату врывается ледяной Лондонский воздух с запахом весенней грязи и бензина.
— Нет, Алли, извини, детка, но это еще не дно. Считай это эпидемией безумия. Она пойдет по нарастающей, и только когда ты решишь, что больше не в силах выносить этот кошмар, понемногу начнет стихать. Ты не сделала ничего предосудительного…
— Они пишут, что я нарочно зашла, чтобы продемонстрировать свой зад!
— Не читай. Не смотри. Не позволяй себе открывать новости, иначе сойдешь с ума. Это не про тебя, это вылезают их собственные страхи и фантазии. Они идиоты. Всем очевидно, что ты зашла случайно, ты растрепанная со сна и одета в мятую футболку. Так не позируют! Твои соседки и прочие идиоты изливают яд, но скоро это закончится, и останется сухой осадок. Ты попала в эфир случайно, отсюда и популярность. Больше всего на свете народ любит смотреть на то, что им не хотели показывать. Я обещаю тебе, что скоро все изменится. Кто-то пытается разжечь скандал, но уже сейчас в сети на удивление много позитива.
Вздохнув, я положила голову Нику на плечо.
— Откуда ты это знаешь?
— Есть прошлый опыт.
— Ник прав, — подал голос Люкас. — Мы будем за тобой приглядывать. Ты иностранка, много чего не знаешь.
— Похоже на то, — я пытаюсь усмехнуться, но получается всхлип.
Смахиваю слезы и снова тянусь к планшету. Ник пытается меня остановить, но я качаю головой. Противно, страшно, но лучше сразу оценить масштабы поражения.
— Не обращай внимания на гадости, — советует Ник, — посмотри на остальное, там есть забавные вещи, и все не так плохо.
«…известный пластический хирург Э. Дихт подтвердил: — По данному снимку очевидно, что это не ягодичные импланты. Похоже, мисс Серова активно занимается спортом…»
«…сайт провел опрос среди мужчин, чтобы узнать, действительно ли русские женщины привлекательнее других…»
«…знал ли Александр Гранд, что у его служащей имеются такие «активы»…»
«…русская стажерка, которую подозревали в пособничестве промышленному шпионажу, ВСКОЛЫХНУЛА общественность…»
«… - Каково ваше мнение, виновата ли Алена Серова? — спросили мы директора юридической фирмы Д. Смит.
— Я ничего не могу сказать по поводу промышленного шпионажа. В данный момент мисс Серова виновата только в том, что сегодня после работы сотни женщин пойдут в спортзал, чтобы тяжким трудом и пОтом заработать такую же фигуру…»
Во внезапно нахлынувшем творческом порыве я соединила несколько английских ругательств в длинную цепочку.
— Блииин, Алли, ты точно иностранка, — смеется Люкас. — Кто ж так ругается? Не волнуйся, я тебя научу.
— Большое спасибо.
Ник по-прежнему серьезен, и я смотрю на него с немым вопросом.
— Алли… — он колеблется. — Прости, что вмешиваюсь в твои дела, надо было сначала посоветоваться, но… Я раньше работал в газете, остались связи, да и опыт есть. Твоя связь с Кофегейтом…
— Я ни в чем не виновата! — вскрикиваю и поворачиваюсь к нему так резко, что щелкают шейные позвонки.
— Тише-тише… — успокаивает Ник, — я о другом. Твоя связь с Кофегейтом подогрела интерес, но все равно, немыслимо, что вокруг тебя началась такая возня. Ведь ерундовое происшествие, тут и говорить не о чем! Я навел справки… — Ник с силой сжал мои плечи. — Это заказной скандал. Историю раздули намеренно, кто-то опубликовал блоги с подборкой старых ссылок, запустил их в соцсетях и связался с газетами. Кто-то хочет сделать тебе больно. Другой выгоды для них я не вижу, ведь тебе нечего терять. Это злорадство или…
— Месть. — Меня снова затошнило. — Ох, твою же… — спрятала лицо в ладонях.
Вижу перед собой улыбку Александра. «Слухи, Алена, они такие слухи!» — сказал он.
Повисла неловкая пауза. Есть несколько тем, которые я не стану обсуждать. Одна из них — Александр Гранд.
Внезапно Люкас поднялся и взял меня за руку.
— Алли Грей, можно я буду честен с тобой до конца? — громко спросил он.