Мужчина фыркает. Ну да, он даст мне нож, как же.
Покопавшись в пакете под ногами, длинноволосый достает пропитанные кровью тряпки. Аккуратные ребята, подтерли лужу под машиной Гранда. Кровь-то все равно можно определить, но для этого надо знать, где пропал Гранд. Или иметь записи с камер. Или найти свидетелей.
Бандит отрывает чистую полосу ткани и кидает мне.
Я поднимаю руку к потолку, и спереди раздаются окрики.
— Не смей включать свет!
— Я на вас не смотрю! Перед тем, как я завяжу глаза, надо убедиться, что Гранд в порядке. Что язык не запал, что он дышит… я и рану толком не разглядела! Вы хоть знаете, что почти убили его? Он упал ничком на асфальт, там мокро и натекло крови… — Я зарычала от бессилия, потому что меня никто не слушал. Похитители переговаривались о прогнозе погоды.
Свет мне включить не позволили. Я проверила Гранда, как могла, и завязала себе глаза.
Слезы текут из-под повязки, я дрожу, но держусь. Из последних сил.
Чтоб тебя, Гранд…
Шаг… топчусь на месте, проверяю почву… еще шаг…
Солнечное тепло впиталось в землю, и вечерний воздух неприятно холодит тело.
Стою с завязанными глазами, жду приказа.
— Ступай через порог!
Грубая рука хватает меня за шиворот и толкает вперед.
— Иди нормально, я тебя держу! — бурчит водитель. В прихожей деревянный пол. Пахнет сыростью и пылью. Мы поднимаемся по лестнице, 28 ступенек и три поворота. На третьем этаже ковер. Здесь теплее, пахнет сухими цветами и мылом.
За спиной пыхтит длинноволосый. Судя по ругательствам и ударам о стены, он несет Гранда. Тот матерится и стонет.
— Вы снова его ударили! — возмущаюсь я. — Вдруг что-то еще сломали…
— Ничего у него не сломано! — говорит водитель. — Думаешь, я не помню, куда бил? И упал он нормально.
Нормально. Ну и слово! Гранд нормально упал и умер.
Мы поднимаемся на третий этаж.
— Сядь!
Сгибаю колени и приземляюсь на мягкое сидение. Постель.
Постель?!? Что они собираются…
Взвизгиваю и, вырвавшись из хватки водителя, бросаюсь в сторону и падаю с кровати.
Меня подхватывают сильные руки.
- +++++, ты вообще нормальная? — ругается водитель. — Успокойся! — усаживает меня обратно.
Из дверей раздается голос длинноволосого.
— Готовы? Одеяло бы хоть сдвинул, бл+!
Мужчины возятся за моей спиной, а я покорно сижу на краю кровати, пока меня не толкают локтем в бок.
— Как его класть?
— Чего?
— Как Гранда правильно класть, чтоб не сдох?
Твою дивизию…
— Мне-то откуда знать, какие у него повреждения?? — злость и отчаяние берут свое, и я почти кричу. — Я вам что, томограф ходячий?
Прямо передо мной раздается смешок, и я тянусь к повязке на глазах и тут же получаю удар по руке. Чувствительный.
— На левый бок кладите, — говорю обессиленно, — у него справа на виске рана. Вообще-то, если хотите сэкономить время и силы, то кладите прямо в гроб, потому что долго он не протянет.
Рядом шаги, возня, стоны и ругань Гранда. Нет, не Гранда, пострадавшего. Он — бремя, которое сама на себя взвалила, потому что если не я, то никто не поможет. Равнодушие и бездействие равносильны приговору, а мне потом жить тошно будет. Раз могу помочь, то должна. Если Гранд выздоровеет, я задушу его голыми руками, жалко не будет. А пока он беспомощный, не могу причинить вред. Подлость это, а не месть.
Хлопает дверь, комнату запирают. Из коридора раздается голос водителя.
— Можешь снять повязку с глаз!
Небольшая комната с двуспальной кроватью. Кресло в углу, два больших окна. Вокруг темень, а значит, ничего и нет. Поля или лес, разницы мало, но домов никаких, иначе были бы огни.
Из комнаты дверь в смежную ванную с туалетом, и на том спасибо, не надо каждый раз звать похитителей, когда приспичит. Хотя кто сказал, что меня собираются кормить и поить? Может, мы с Грандом, как в фильме ужасов, съедим друг друга.
Тело тряхнуло, как током ударило. Ну и мысли!
— Насмотрелась? — голос водителя из-за двери. — Теперь слушай. Если попытаешься вылезти в окно, то либо разобьешься, либо тебя разорвут собаки, здесь три овчарки. А мы добьем. Попользуем и добьем. Так что веди себя хорошо, и тогда все будет честно. У нас с Грандом вышло некоторое… недоразумение на стоянке, а он нужен нам живым, здоровым и готовым к переговорам. Так вот, тебе поручено ухаживать за Грандом, чтоб не сдох. Все очень просто: Гранд живет, и ты тоже. Гранд сдохнет, и ты… — свистнул. — Дерзай!
— Эй! Эй!! Вы куда?! Не уходите! Ничего себе, недоразумение! Я клянусь вам, он сдохнет! Гарантирую!!! Уже недолго осталось! Вы ему череп проломили в плохом месте!