Я поменяла воду в тазике и открыла зубной порошок, выпустив наружу облачко белой пыли.
— Что ты предлагаешь делать с этой древностью? — фыркнул Гранд.
— Если хочешь почистить зубы, то окуни край влажного полотенца в порошок. Я уже пробовала, нормально получается.
— Ты что, целоваться собралась?
Меня словно ударили в солнечное сплетение, затошнило так, что в глазах темно. Дело не в словах Александра, ведь мы с ним и не целовались вовсе. Просто так совпало, что после вопроса о поцелуях мне стало невыносимо плохо.
— Эй, Алена, ты чего позеленела? Алена?! Если собираешься падать в обморок, меня не придави!
Гранд вроде шутит, а голос взволнованный. Еще бы он не волновался, без меня он тут за пять минут окочурится!
Закружилась голова. Так сильно, что кажется, даже глаза двигаются по кругу, как в мультиках. Попыталась сползти с кровати, но, когда в голове вихрь, не разберешься, где ты и в какой позе. Упала на ковер, поползла. Тошнота подбирается ближе, хватает за горло. Александр что-то кричит, мимо пролетает коробка с зубным порошком, ударяется о стену, накрывая меня белой тучей. Гранд что, свихнулся?
С трудом заползаю в ванную, закрыв дверь. Стремлюсь к унитазу, как к спасению. Смотрю на пятна ржавчины и на то, как капли холодного пота со лба капают в воду.
Вот судьба и сунула меня головой в унитаз в очередной раз. Бабуля ошиблась с предсказанием.
Бабуля…
Она не переживет очередного удара. Потерять единственную дочь, а теперь и внучку…
Мне так плохо, что смерть кажется милостивым и желанным исходом.
Тяжелая рука дергает за волосы, накручивает на кулак. С силой поворачивает меня в сторону, и я встречаюсь взглядом с Грандом.
Согнутый в закорючку, он стоит рядом на коленях, зеленый, как весенняя трава. Режет меня взглядом.
— Тебя не тошнит! — обвиняет торжествующе. Ну да, его тошнит, а меня нет. Гранд — чемпион! — Ты что, из унитаза пьешь, как собака? — добавляет.
Молчу. Жду, когда скажет, что ему от меня надо. Ведь заполз в ванную, самоубийца. А все, чтобы доказать, что он не слабее меня.
Гранд хватает меня за плечо и отодвигает от унитаза. Толкает на пол перед собой, и я послушно падаю на спину. Мир вяло покачивается из стороны в сторону, как люлька.
— Когда плохо, надо опустить голову, а не торчать над унитазом! Задницу вверх, голову вниз! — хрипит гневно, а у самого глаза чуть ли не закатываются от боли.
— Своим бабам приказывай!
Нависает надо мной, покачиваясь от слабости, и при этом командует.
— Я тебе приказываю! — хрипит.
Его взгляд теряет фокус, скулы бледнеют. Боюсь представить, как ему плохо, но держится. Олимпийское упрямство.
— Пошел ты!
— Я пошел, а ты тут особо не разлеживайся, а то бульона не дождусь.
Гранд поворачивается, чтобы гордо выползти из ванной. Типа спас меня, герой, а теперь ползет обратно в кровать. Я бы рассмеялась, да впору рыдать.
Гранд подается к двери — и все. Хлоп. Хрясь. Полный аут.
Лежим. Он без сознания, я на грани. Отдыхаем. Славная пара подобралась.
Именно в этот момент прибывает гость.
В дверях ванной появляется Джейк. Как бы его ни звали на самом деле, для меня он навсегда останется Джейком, олицетворением зла. Но выглядит он отлично, бодро и весело. Синяя рубашка подчеркивает голубизну глаз, волосы недавно пострижены.
Я ничуть не удивлена встрече. Из окна светловолосый похититель даже показался мне похожим на Джейка. Я ждала появления фотографа, потому как не сомневалась, что он связан и с этой неприглядной историей.
— Уютно тут у вас! — усмехается Джейк, прислоняясь к косяку, будто не замечает кровавое побоище на полу ванной. Гранд распят на белом кафеле, из раны снова течет кровь, а я пытаюсь ему помочь. Он в набедренной повязке из полотенца, зато хоть я одета, и то радость.
Мне есть, что сказать Джейку, но не стану тратить силы зря. Мы с разных планет, и игры у нас разные.
— Тебя не учили стучаться? — задаю пустой вопрос с целью продемонстрировать равнодушие.
— Я тоже рад тебя видеть, дорогая! — усмехается Джейк. — Говорят, наш красавчик оклемался и готов к переговорам. В принципе, спешки никакой, все и так идет по плану, но я уж очень соскучился!
— Гранд жив, но если ты срочно не отвезешь его в больницу, то все закончится плохо.
— Ууу! — Джейк хохотнул и хлопнул в ладоши. — Что, по-твоему, станет плохим окончанием? Мы с тобой снова попадем в газеты? «Русская попка и ее таинственный сообщник Джейк убили знаменитого финансиста»! Тебе понравится в английской тюрьме, может, там и кормят лучше, чем в России.