В какой-то момент Матвей прекращает браваду и, напоследок сообщив распыленному брюнету, что тот исключен из команды, направляется в сторону выхода.
И тут наши взгляды встречаются. Мой - испуганный. Его - удивленный метающий молнии. Меня холодным потом отдает, а ноги подкашиваются, когда его секундное замешательство сменяется безразличием.
Чтобы окончательно не упасть в грязь лицом, собираю крупицы самообладания и отвожу первая взгляд в сторону.
И тут я замечаю того самого брюнета, который минуту назад что-то яростно доказывал Матвею. Парень гневно смотрит в спину своего возражателя. Его гневный взгляд не предвещает ничего хорошего. еще немного, и из ушей пар повалит.
- Ублюдок , гори в аду! - кричит только что исключенный баскетболист и ногой буцает баскетбольный мяч в сторону обидчика.
В следующий миг я поступаю вопреки здравому разуму и инстинктам самосохранения. Вместо того чтобы отойти в сторону подальше от летящего с бешеной скоростью шара, я подаюсь вперед, оказавшись за спиной Кравцова и выставляю руки перед собой, принимая весь удар на себя. Раздается громкий хлопок от удара резины по моими запястьями. Адская боль затмила все. В глазах сплошные черные точки.
Последнее, что помню перед тем, как пелена слез застелила глаза, это взгляд Кравцова. Ошарашенный. Злой. Прожигающий.
Всего секунда, а такой спектр.
Анька мгновенно оказывается рядом и спрашивает, кажется, о том, чувствую ли я руки, могу ли шевелить конечностями. Я практически не понимаю происходящее. Белый шум затмевает все посторонние звуки вокруг. Зажмуриваюсь. Внутри себя кричу от боли.
Открываю глаза. Матвея нет на том месте, в котором он стоял пару мгновений назад.
Следующее, что попадает в поле зрения, устроившийся на полу Матвей С размахивающимися кулаками. Постепенно доходит осознание, что Кравцов не просто машет кушаками, а беспощадно наносит удары по тому самому парню, который направил мяч ему в спину.
С большим трудом ребята оттаскивают Кравцова от жертвы. Матвей с животным ревом вырывается из тисков и вместо продолжения избиения брюнета телепортируется ко мне.
Земля из под ног уходит. Даже сквозь нестерпимую боль, его прикосновение ощущается приятной истомой. Неудержимая ярость сменяется нежностью и сожалением.
Глава 20. Матвей
Даже самое яростное отрицание не может остановить правду.
Не перестаю задаваться вопоросом: как и когда это началось?
Я не верил никогда в ванильную ерунду, а тем более в сказки про любовь с первого взгляда. Но пол года назад накрыло, когда увидел проносящуюся мимо красотку с янтарными глазами и ангельским личиком. Думал, что запал на смазливую внешность и успокоюсь в момент, когда познакомлюсь и заполучу свое. Но не тут то было. Начал поиски. Оказалось, что девчонка, если и студентка нашего универа, то явно не из нашего корпуса. Предстоящие летние каникулы усложняли задачу.
Не скажу, что на протяжении лета грустил и тосковал по той, кого видел лишь однажды. Это не мешало мне развлекаться с другими и брать от жизни все. Иногда вспоминал и мысленно предвкушал наслаждение своей добычей. Знал, что встретимся. В своей победе не сомневался ни на секунду. Поэтому спокойно веселился в компании друзей и девчонок.
Брат всегда внушал мне, что я не должен привязываться ни к людям, ни к городам. И мне ничего не оставалось делать, как следовать заложенным в меня принципам. Со временем, когда наша семья осела в одном месте , я все же обзавелся несколькими близкими друзьями. Костя и Кирилл стали моими верными товарищами, которые стали мне надежными тылом и опорой.
С девушками у меня складывалось все намного проще. Они для меня расходный материал для утоления потребностей. Так было до недавних пор. Так я и решил, что будет и моей прекрасной незнакомкой, когда она сама предстала передо мной, чтобы вернуть портмоне. В тот момент я считал себя любимчиком фортуны. Еще бы! Улов сам идет ко мне в руки.
То, что она с ходу отшила меня, только подстегивало. Намечалась интересная охота. Так казалось мне. Потом девчонкаснова отвергла меня. Второй ее отказ подряд и пощечина заставили кровь бурлить. Но я не отчаивался. На третий раз точно повезет.
А потом все разбилось вдребезги.