- Арина, приди в себя. Какая нахрен дружба?! Я никогда не смотрел тебя как на подругу! Ни-ког-да. Знаешь почему? Ты же любительница книг. Так вот тебе мой ответ: я изначально смотрел на тебя как Желтков на Веру Николаевну. Люблю тебя до одури и ничего не могу с этим сделать! - процедил сквозь зубы, Матвей.
Меня стало колотить. Не то - от холода, не то - от эмоций. Только что я получила заветное признание, о котором я даже мечтать не могла. Меня словно только что расщепили на атомы и сразу собрали воедино.
- Но… - растерялась я перед тем, как продолжить. Сейчас мне выпал шанс быть честной до самого конца, и мне необходима была смелость. - Я не героиня повести Куприна. И знаешь что, Кравцов?! Это, между прочим, взаимно. Я тоже влюбилась в тебя. Сама не знаю как и когда, но я люблю тебя. - в сердцах я прокричала слова, в которых боялась признаться самой себе.
Матвей резко изменился в лице. Вместо гнева в его глазах мелькнуло удивление.
- Повтори. - прошептал он с надеждой.
- Я люблю тебя, Кравцов. - от переизбытка чувств по щекам потекли слезы.
И снова его губы на моих. Снова это крышесносное состояние, когда весь мир становится неважным, потому что весь мой мир сейчас был заключен в одном человеке. В Матвее Кравцове. Парне, которого я полюбила вопреки логике и здравому смыслу.
И этот парень только что признался мне в любви.
Глава 39
Словно по взмаху волшебной палочки моя жизнь изменилась. В тот вечер время обрело другой ход. Часы превратились в минуты.
В конце концов, я замерзла так, что застучали зубы, и мне пришлось сдаться, согласившись переместиться в машину.
Матвей включил печку, благодаря которой вскоре я начала чувствовать свои конечности сквозь болезненные покалывания.
В качестве подспорья парнем было куплено горячее какао.
На улице продолжало порошить снегом, что создавало романтическую атмосферу.
Отогревшись, мы продолжили целоваться, а когда уже оба не чувствовали губ, наступил час откровений.
Кто бы мог догадаться, что за презрительными взглядами и показушным равнодушием может скрываться столько чувств. Причем, с обеих сторон.
Я честно призналась, что не могу вспомнить момент, когда именно во мне зародились чувства к борзому парню, который постоянно выводил меня из себя. Для меня стало сюрпризом, что, как оказалось, Матвей заприметил меня задолго до нашего знакомства.
Как бы мы не старалась избегать тему Кирилла, заговорить о нем все таки пришлось.
- Ты же, получается, все-таки из-за меня прекратил с ним общение? - устав ходить вокруг да около, в лоб спросила я Матвея.
- Отчасти. - признался Кравцов. Я заметила, как напряглись его плечи. - Но отчасти виной всему стала сучка Алена.
- Алена?! У тебя с ней все-таки что-то было? - я почувствовала, как в горле застрял ком от упоминании Алены, а в области груди появилось неприятно жжение. Я ревновала.
- Так, лебедушка, оставить беспокойство! - с улыбкой Чеширского кота Кравцов принялся объяснять, - Ничего у меня с ней не было и быть не могло. Я тебе уже говорил это и еще раз повторюсь: она мне нафиг не сдалась. И мне жаль, и одновременно радостно, что Кир оказался таким слепым и тупым, что повелся на нее дважды.
- Радостно? - переспросила я, изогнув бровь от удивления.
- Если бы не объявление этой мерзопакостной сучки, у меня бы так и не появился шанс заполучить тебя. Так что ошибка Кира открыла передо мной закрытые двери.
- Вообще то все было не совсем так. - я сглотнула, вспомнив тот ужас, случившийся на мой день рождения, - Поступок Кирилла просто ускорил процесс. Я бы все равно рассталась с ним рано или поздно, потому что рядом с ним я чувствовала себя пустой. Не было ни чувств, ни эмоций.
- А со мной? - с лукавой улыбкой промурлыкал Кравцов.
- А с тобой целый фейерверк. Одно твое «лебедушка» чего стоит. Так бесит, что аж зубы скрипят. - съерничала я.
- Вот как? Что ж, дорогая лебедушка, береги свои зубки, потому что тебе придется часто это слышать.
- Ну тебя. - сделала вид я, что обиделась, демонстративно скрестив руки у груди и надув губы.
Мой бунтарский жест был подавлен новой волной долгих поцелуев.
С Матвеем мы распрощались под самое закрытие общежития. Он не хотел меня отпускать, но здравый ум победил, и нам пришлось отлипнуть друг от друга до следующего дня.
Уже находясь в кровати, мы продолжили диалог в сообщениях, обмениваясь мемами и незатейливыми шуточками. Было так легко и радостно. Сердце замирало каждый раз, когда на экране отображалось «пользователь печатает сообщение». Улыбка до ушей не сползала с моего лица, пока я не уснула. А уснула я поздно, потому что никого не хотел идти спать первым. Однако биология победила и мы попрощались, когда глаза уже слипались, а сознание стремительно уходило в сон. Пожелав Матвею спокойной ночи, я вмиг отрубилась.