— Плохая девочка, — приговаривал он охрипшим от желания голосом. — Ты знаешь, за что я наказываю тебя?
— Да, — простонал она, выгибаясь от очередного сильного шлепка и последовавших за ним поглаживаний. — Я непростительно вела себя вчера.
— Ты будешь ещё себя так вести? — спросил он, приподнимая ее и опуская на кровать.
— Нет, — она попыталась перевернуться, но он придержал ее и заставил встать на четвереньки. Он ещё раз сильно ударил ее ладонью по приподнятым ягодицам, несильно нажимая на плечи, прижимая ее грудью к матрасу.
— Вот так, прогнись сильнее, детка, — шептал он, поглаживая ее между ног. — Какая же ты гибкая…
— Даррелл, — она тяжело дышала, дрожа от возбуждения. — Пожалуйста…
Он прикусил губу, входя в ее податливое тело, входя сразу, резко и запрокинул голову от удовольствия, услышав сначала ее вскрик, а потом громкий стон, полный удовольствия…
— Ты сумасшедшая, — спустя час, после еще пары экспериментов, он прижимал обессилевшую девушку к своему обнаженному телу. — Если у тебя завтра будут синяки…
— В ближайшее время мне не придется крутить пятой точкой перед камерой, так что просто забей, — лениво пробормотала она.
— Ты вынудила меня тебя бить! — Он приподнялся на локте и заглянул в ее лицо. — Я никогда не бил женщину.
— Не бить, а слегка отшлепать, — она хрипло рассмеялась. — Даррелл, признайся, тебе понравилась эта небольшая ролевая игра.
— Мне нравится все, на что хватает твоей фантазии, — он нагнулся и прихватил зубами ее нижнюю губу. — Ты просто сносишь мне крышу, — он припал поцелуем к ее губам. Она снова выгнулась ему навстречу, заставляя забыть обо всем вокруг…
***
Роберт с грустью поглядывал на своего лучшего подопечного и постукивал по столу остро заточенным карандашом. Подождав еще несколько минут, он, наконец, спросил:
— Ну, тебя все устраивает?
— Уточни еще раз: где будут проходить съемки? — Даррелл перелистнул страницу назад.
— В Луизиане, — повторил, пожалуй, в десятый раз за сегодня, Роб.
— И что мы рекламируем?
— Дерри, это социальная реклама, — Уэллс вздохнул и потер пальцами глаза. — Сейчас очень растет загрязнение туристами национальных парков и вообще лесов и водоемов. Реклама призывает быть внимательнее к окружающей среде.
— Я тут при чем? — он с трудом мог сдерживаться и не заснуть.
— Грегори, ты издеваешься? — Роберт начинал терять терпение. — Тебе что, насрать?
— Нет. Я тоже за чистоту окружающей нас среды. И экологически чистые продукты уважаю. Только не понимаю, как это можно отрекламировать?
— Тебе какая, на хрен, разница? Реклама сыграет только тебе на руку. Заплатят хорошо. Съемки в твоих родных местах. Что тебе еще надо?
— Ничего, — он покачал головой. Вдруг, его мозг зацепился за название городка, где будут проходить фотосеты, и он внимательнее вчитался в текст.
— Смеешься? Медиссонвил? Я не был там… Давно, короче, — он небрежным жестом откинул контракт. — Не интересует.
— Да, это твой родной город, и что? Тем более, сам Бог велел, — Роб нервно покусывал губу. Он даже не предполагал, что уговорить Даррелла будет настолько трудно. Он знал, что с тех пор, как он покинул родной дом, Даррелл ни разу не ездил навестить родных. Он не вдавался в причины, но это казалось ему ненормальным.
— Это мой родной город, с которым меня ничего не связывает. Мой единственный друг уехал со мной сначала в Батон-Руж, а потом в Нью-Йорк. Моя обожаемая мама умерла, когда мне было десять, а отцу всегда было на меня плевать. Неужели ты думаешь, что я горю желанием увидеться с моей несравненной мачехой? — Даррелл встал и подошел к кулеру с водой. Сделав пару глотков холодной воды, он смял стаканчик и с силой бросил его в урну.
— Даррелл, но они хотят видеть только тебя. Именно место твоего рождения сыграло ключевую роль в выборе, — Роб пытался говорить спокойно, хотя уже прилично нервничал. Журнал, заказавший рекламу, был довольно популярен, и получить в нем пару страниц было невообразимым везением. Он не мог и представить, что лояльный ко всему Даррелл так упрется.
— Я не понимаю, почему ты так настроен, — менеджер пожал плечами. — Несколько дней в родных местах, съемки простые, надо быть просто собой, увидишь родных…