— Тебе лучше знать! Это же ты с ней жил! — выкрикнул Уилл.
— Почему «жил»? — замер Даррелл. — Все интереснее и интереснее. Ну-ка, друг мой Уильям, расскажи мне о моей жизни, а-то я, походу, не все знаю. Я до сих пор уверен, что все еще с ней живу.
— Ты совсем дурной? После того интервью, что она дала? — Уилл криво усмехнулся. — Да, молодец девка! Совсем тебе от нее крышу снесло.
— Не смей ничего о ней говорить, — Даррелл снова метнулся к нему, хватая за футболку. — Ты ничего не знаешь.
— Ошибаешься, — рассмеялся тот, — я отлично знаю все, что у вас происходило. Иногда, даже раньше, чем ты сам.
— Что ты хочешь этим сказать? — Даррелл сильно тряхнул бывшего друга за плечи.
В это время дверь позади них открылась, и в квартиру с полными пакетами вошла Элис. Она ошеломленно уставилась на открывшуюся картину, а Даррелл, в свою очередь, не мог отвести от нее удивленных глаз. Он отпустил Уилла и пытался поверить в достоверность происходящего.
— Что вообще тут, к чертям, происходит? — пораженно выговорил он. — Элис! Ты что тут забыла?
— Я? — ее взгляд метнулся за спину Даррелла.
— Только не говори, что ты с ним. Да, ну, к хренам собачьим! Вы оба охренели?! Уилл, — он повернулся назад, но его друга просто ветром сдуло. — Элис, — он сделал шаг к ней, но она, уронила пакеты, и по полу покатились крупные зеленые яблоки. Выставив вперед руку, она со страхом смотрела на него и отступала назад.
— Нет, Даррелл, не подходи ко мне, — ее лицо осунулось, под глазами залегли темные тени, остались только глаза, которые блестели сейчас непонятным огнем. — Если ты подойдешь, будет только хуже.
— Почему, — тихо прошептал он, смотря в любимые глаза.
— Потому, что так было нужно. Ты должен был ответить, — так же тихо прошептала она.
— За что, Элис? — он пожал плечами. — Я ничего не понимаю. Ты, твое интервью, Уилл… Выходит, я совсем тебя не знаю?
— Ты ошибаешься, — ее глаза опасно сверкнули. — Ты отлично меня знаешь! А если у тебя появились сомнения, покопайся в своей памяти. Может, отыщешь в ней что-то интересное?
— Господи, Элис, — он схватился за голову, — прекрати говорить загадками! Ты можешь нормально объяснить, что я тебе такого сделал?
— Я не хочу с тобой говорить, — она мотнула головой. — Я лучше пойду…
— Нет, — он рванулся к ней, хватая ее за локоть, — Ты никуда не пойдешь, пока все не расскажешь. Ты…
Но он не успел договорить. Сзади на него обрушился сильнейший удар.
— Не смей ее трогать! — Даррелл обернулся и увидел Уилла с битой в руках. — Я не дам тебе сломать ее жизнь, как ты сломал мою.
— Да ты сам ее сломал! — крикнул Даррелл, но Уильям его не слышал. Он еще раз размахнулся и ударил Грегори по ногам с такой силой, что тот упал.
— Ненавижу! — он снова ударил его, на этот раз по спине, и Даррелл выгнулся от пронзившей его боли. — Мне хотелось уничтожить тебя, но я не мог. Хорошо, что Элис согласилась мне помочь.
— Так она была твоим мечом возмездия? — скрипнув зубами, усмехнулся Даррелл, — Ну, хоть что-то начинает проясняться.
Он попытался подняться, но снова был сбит битой. Уильям словно получал наслаждение от каждого удара. Элис смотрела на это, закусив костяшки кулаков и молчала.
— Ты испугал девушку, — проговорил Даррелл, пытаясь опять встать. — Уж теперь и не знаю: мою или твою.
— Она никогда не была твоей, — Уилл снова опустил биту на плечи парня и тот, вскрикнув, сжался в комок. — Она помогала мне!
— Это я уже понял, — Даррелл с трудом сдерживался, чтобы не застонать от боли. — Не понял только, за что конкретно: за твое безответное чувство или за твою непроходимую тупость?
— Ах, ты-ж, сука! — Брайнт снова ударил его, и тот все же, не удержавшись, застонал.
— Уильям, не надо, пожалуйста, — взмолилась, наконец, Элис. Она чуть приблизилась к нему, выставив вперед руки. — Ты же его покалечишь.
— Уилл! Ты решил довершить то, что в свое время не удалось моему отцу? — сквозь зубы просипел Даррелл, будто не слыша ее. — Решил все же меня угробить? Тогда не мучайся, бей сразу по голове. Только размахнись посильнее, а то бьешь, как баба…
— Тварь! Убью! — выкрикнул Уилл.
— Нет, — взвизгнула Элис. Она повисла на его руках, сжимающих биту. — Ты же и правда убьешь его, — она заглянула в его глаза. — Уильям, остановись, я прошу тебя.
— Святая Элис решила заступиться за своего отвергнутого рыцаря? — с трудом попытался улыбнуться Даррелл, кривясь от боли. Каждое его слово, произносимое из последних сил, било, словно прутом. — Как благородно с вашей стороны. Простите великодушно, о моя прекрасная, еще недавно любимая, дама, что не могу встать и отвесить поклон. Но может то, что я валяюсь поверженным у ваших прекрасных ног, слегка скрасит картину?