— Твою мать, Грегори! По тебе что, грузовик проехал? — она протянула руку, чтобы дотронуться до него, но он предостерегающе поднял руку.
— Я в душ. Холодный. Найди лед. Много льда. И гель. Был где-то в аптечке. Не знаю, хватит ли. И еще обезболивающее, — он с трудом стянул джинсы, и Шена увидела, что и весь его низ выглядит не лучше.
— Не рассказывай мне, как бороться с синяками. Но, Даррелл… Ты уверен, что у тебя нет переломов?
— Не уверен, — он попытался нагнуться, чтобы снять носки, но махнул рукой. — Но сначала — душ.
Она подошла к нему, показывая глазами на боксеры и носки. Он только безразлично чуть пожал плечами, но она решительно кивнула на стену, призывая опереться, нагнулась и стянула носки сначала с одной, а потом с другой ноги. Взявшись за резинку боксеров, она подняла глаза на лицо Даррелла.
— Шен, малышка, хоть мы и давно знакомы…
— Пошел ты в задницу, Грегори! Может, дождемся Ребекки, чтобы она стянула с тебя белье? Ей это как-то привычнее, — она начинала откровенно злиться.
— Хорошая идея! Давай ей звякнем? Я обещал ей тусу… — он взялся за ручку двери ванной.
— К сожалению, Бекс уже на пути в Европу. А то бы я непременно… — проговорила Шена.
— Что, — он повернулся настолько резко, насколько ему позволили его ушибы. — Ты еще и издеваешься? Может, тогда уж, Томаса позовем? Чтобы запечатлеть это выдающееся событие для истории?
— А ты знаешь, хорошая идея! — она скрестила руки на груди. — По крайней мере, будет, что предъявить полиции, когда ты решишь все же заявить.
Она шагнула к нему и без раздумий сдернула с него боксеры. Он только хмыкнул, но ничего не сказал, по очереди вытаскивая ступни из лежавшего на полу предмета одежды.
— Никакой полиции не будет, — он, наконец, дошел до душа и включил холодную воду. — Я не собираюсь заявлять на лучшего друга.
— Так это Уилл? Но, почему?.. Что вы не поделили на этот раз? — Шена застыла в дверях в полном шоке.
— Все тоже, Шена, все тоже, — он шагнул под холодную воду. — А! Черт! Как же неприятно. Холодно. И больно… — Струи воды били по поврежденному телу, и он жмурился и прикусывал губу, но упорно стоял под сильным напором.
— Даррелл, все! Хватит, — Шена слегка коснулась его рукой. — Вылезай, не то заболеешь. Сейчас еще приложим лед к особенно пострадавшим местам.
Но не слышал ее. Он подставил под воду голову, словно хотел смыть из своей памяти все то, что он сегодня увидел и узнал.
Уильям и Элис… Даже в страшном сне он не мог представить их вместе. Брайнт, конечно, говнюк еще тот, но Элис! Что их связывало? Только дружба или что-то большее? Даррелл сильнее зажмурился, но перед глазами все равно стояла сцена, как эти двое занимаются сексом. Таким, как любила его Элис. Его… Господи! Он уперся руками в полупрозрачные дверцы кабинки и застонал. Если все было так, как сказал Уилл, то она никогда не была его Элис. Как же дальше жить?.. Как после всего этого можно верить людям?
— Даррелл, — Стриклэнд осторожно положила руку на его плечо. — Тебе больно? Что мне сделать?
— Мне больно, Шен, но это не физическая боль. — Он обернулся и посмотрел на подругу. С волос стекала вода, а он просто не обращал на нее внимания. — Знаешь, я даже благодарен Уиллу. Потому, что я знаю, какая боль ждет меня завтра. И эта боль перекроет ту, что сейчас внутри меня. Мне просто некогда будет думать о том предательстве, с которым мне пришлось столкнуться.
Его губы посинели от холода, и самого его начало понемногу трясти. Шена решительно выключила кран и протянула ему полотенце.
— Так! Достаточно охлаждающих процедур. Мне еще не хватало тебя от воспаления потом лечить! Давай, оборачивайся и выходи, я буду тебя сушить, — она взяла другое полотенце и терпеливо дождалась, когда он выйдет из кабинки. Девушка быстро вытерла его волосы, а потом, очень осторожно, едва касаясь кожи, стала промокать тело тканью. Даррелла уже натурально бил озноб. Он стучал зубами и старался унять дрожь, но это получалось плохо.
— Я вот одного не пойму, — проговорила Стриклэнд. — Какого рожна ты позволил Уиллу так тебя отделать? Да и вообще: как он смог с тобой справиться? Ведь ты заметно сильнее.