Почему так усердно работаю с утра до ночи.
Худощавый мужчина в очках в роговой оправе прочищает горло, вступая в разговор.
— И какие у вас планы по привлечению новых гостей? — Он еще один из наших давних членов правления сети отелей Кармайкл.
— Это хороший вопрос, Джереми, — говорю я, и ответ довольно прост. Потому что он заключается в том, почему мы с сестрой планировали это изменение, когда переосмысливали перспективы развития флагманского отеля, который унаследовали несколько лет назад. Она — центр бизнеса, легко управляющаяся с числами, в то время как я — публичное лицо, создающее имидж для этого принадлежащего нам обеим небоскреба, который я называю одновременно и работой, и домом. — Красота. Мы планируем подчеркнуть красоту и ее достоинства, — говорю я всем. — И мы сосредоточим наши цели вокруг этого. Позвольте рассказать подробнее.
Я подробно описываю стратегию, ведя их через сверкающее огнями казино, мимо покерных столов, за которыми сидят игроки, и шикарных ресторанов, которые уже привлекают толпы, до конца вместительного зала. Все это время в моих венах пульсирует кровь от постоянного молчаливого присутствия Каллума всего в метре от меня. Осознавать его присутствие сейчас стало почти так же естественно, как дышать. Я чувствую это каждую секунду с тех пор, как год назад он взял на себя обязанности по моей охране.
Никто не проводит со мной больше времени, чем этот мужчина с четко очерченными скулами, точеной челюстью и внимательными темно-карими глазами, которые, кажется, знают меня, видят меня насквозь.
Он словно создан специально для защиты. И поэтому выглядит соответственно. Темный сшитый на заказ костюм облегает его крупное тело во всех нужных местах. Просто идеально обтягивает его руки, бедра и задницу. Иногда такие широкоплечие и высокие мужчины не очень хорошо смотрятся в костюмах, но, несмотря на то, что у него тело, как у Дуэйна «Скалы» Джонсона, Каллум выглядит в нем чертовски хорошо.
И эти губы. Они такие соблазнительные, словно специально созданы для поцелуев.
Выбрось это из головы, Иви.
Я останавливаюсь перед комнатой отдыха для игроков с матовой платиновой вывеской, разработанной местным художником. И отвечаю на несколько последних вопросов.
Наша экскурсия закончилась. Марджори машет рукой, указывая на членов правления.
— Мы надеемся, что раннее внедрение обновленного бренда и дизайна пройдет так хорошо, как вы и планируете. Однако я думаю, что выражу общее мнение от имени всего правления, когда скажу, что нам бы хотелось, чтобы число гостей продолжало расти в течение следующих нескольких месяцев и далее. Есть ли у вас какие-нибудь большие планы, чтобы произвести фурор и привлечь толпы гостей в будущем?
Я улыбаюсь своей лучшей профессиональной «у меня все под контролем» улыбкой.
— На самом деле, есть. Я вношу последние штрихи — из серии «вы должны сами это увидеть» — в организацию мероприятий с участием мировых звезд индустрии развлечений и надеюсь очень скоро поделиться ими с вами.
Она одобрительно кивает.
— Я заинтригована. Не могу дождаться.
— Обещаю, это не займет много времени. И я так рада, что вы все остались в восторге от нового внешнего вида отеля, — говорю я.
Я пожимаю членам правления руки, благодарю и прощаюсь.
Пока они направляются к выходу через казино, я улучаю момент, чтобы насладиться атмосферой «Экстраваганта», впитать красоту роскошной обстановки. Некоторые части отеля были закрыты в течение последних нескольких месяцев, пока проводилась реконструкция. Но теперь мы снова открыты, все девятьсот номеров, двенадцать ресторанов, семь баров и два клуба.
Открыты и готовы, как я надеюсь, к новой волне подъема бизнеса.
Этот проект поглотил меня целиком. Украл мое дыхание, мой разум и мое сердце. Разрушение и восстановление огромного отеля было утомительным, но в то же время заряжало энергией, — а часто и то, и другое одновременно.
И когда последние члены правления исчезают из виду, я снова могу дышать полной грудью.
Наконец-то меня охватывает облегчение, блаженное чувство, что еще один напряженный день заканчивается и впереди меня ждет ночь. Ночь — мое любимое время суток, когда я могу расслабиться и отдохнуть в своем номере за чтением книги, принятием ванны или массажем.
Мои потребности просты и, честно говоря, это все, что я себе позволяю.
У меня мало на что еще остается время и силы.
Хотя сегодня вечером, пожалуй, я выпью коктейль и закину в ванну лавандовую бомбочку.
Однако пока не поднимусь наверх, будем только мы с Каллумом. И притяжение, которое я чувствую к своему телохранителю. Притяжение, которому по стольким причинам никогда не поддавалась.