При мысли о том, что он крестный для чужих детей, Адам нахмурился. Его мать начинала все больше раздражать его своим вниманием к этому вопросу, как будто бы он не пытался стать отцом. Господи, если бы она только знала. И когда же она оставит его в покое и перестанет вмешиваться в его жизнь. Он увидел вопросительный взгляд Катринки и тут же разгладил морщинку, улыбнувшись от предвкушения новых попыток сегодняшней ночью, как только им удастся вежливо отправить Томаша в его отель. Он соскучился по Катринке, и так было всегда, когда они разлучались. Они были женаты уже два года, и он по-прежнему постоянно ее хотел. Ни разу он не был ей неверен, несмотря на множество соблазнов, ну, например, прошлой ночью в Майами, когда очень хорошенькая секретарша готова была работать допоздна.
Раньше он никогда бы не поверил в свое постоянство. Еще ни разу он не ограничивался так долго одной женщиной.
Фильм Томаша демонстрировался на следующий вечер, и, несмотря на все оговорки самого Томаша, он произвел впечатление и на критику, и на зрителей, которые признали его талант, а некоторые изъяны приписали давлению чешского правительства. После просмотра Адам и Катринка организовали небольшой прием на своей квартире. Помимо обычного круга своих друзей, Грэхемы пригласили еще несколько людей, с которыми, по их мнению, был бы рад познакомиться Томаш; здесь были затворник Вуди Аллен и Диана Китон, оба они получили в прошлом году «Оскара» за фильм «Энни Холл». Пришли также Уильям Голдмен, Джозеф Папп, Дэвид Меймет, Роберт де Ниро, Мейер Кох, Мартина Навратилова и Милош Форман. Настроение было праздничное, так, если бы фильму предстоял большой коммерческий успех, а не скорое бесследное исчезновение, и вечер закончился тем, что Катринка, Милош, Мартина, Томаш и сопровождающий его офицер госбезопасности, которого представили как члена киноделегации, стали петь чешские народные песни под аккомпанемент Катринки на гитаре. Мать Адама, будь она здесь, конечно, этого бы не одобрила, но ее не было, и все великолепно провели время. Когда Рик Колинз написал об этом в своей рубрике, он охарактеризовал этот вечер как самый необычный для Нью-Йорка прием: чистый, добросердечный и веселый.
Когда Томашу пришло время уезжать, Катринка не провожала его до аэропорта, а попрощалась с ним в «Элгонкуине», куда она прибыла с сумками, полными подарков Жужке, Мартину и супругам Черни; здесь была одежда, косметика, чулки, игрушки, продукты, ликер, сигареты.
– Надеюсь, таможенники мне кое-что из этого оставят, – пробормотал он.
– Для них – ликер, – сказала Катринка.
– Ты всегда все просчитываешь, не правда ли?
– Иногда, – ответила она. Томаш обнял ее.
– Почему ты не расскажешь мне, что случилось? – спросил он, жалея о том, что все откладывал этот вопрос, а теперь было уже слишком поздно, чтобы получить на него подробный ответ. Но ему не хотелось что-то выведывать, ведь он помнил, что они перестали все поверять друг другу с того самого дня, когда она легла в постель с Миреком Бартошем.
– Ничего, – сказала она. – Ничего особенного. Ты видишь, какая у меня жизнь. Просто замечательная. Но есть кое-что, чего я очень хочу, но никак не могу получить, это иногда меня очень печалит.
– Что же это?
– Ребенок.
– Ты еще так мало времени замужем, Катринка.
Она пожала плечами и добавила:
– II еще я хочу, чтобы Адам перестал заниматься парусным спортом.
– Но он любит его. Я едва знаю Адама, и то понимаю это.
– Меня это так пугает. – Она всерьез не задумывалась над этим хобби Адама до регаты «Фастнет» в августе. До этого, чуть больше месяца назад, она в своем неведении считала, что это вполне безопасное времяпрепровождение. Но стала думать совсем иначе после того, как провела четыре ужасных дня на острове Уайт, ожидая, когда триста шесть яхт завершат шестисотшестимильный пробег по трассе: порт Кауз – Фастнет-Рок у побережья Ирландии – Плимут во время шторма с максимальной скоростью ветра семьдесят пять миль в час. Волны были величиною с дом, рассказывал один из тех, кому удалось спастись. А другой сказал, что плавание под парусом в шторм напоминает катание на «американских горках» целыми сутками без перерыва. Вертолеты, буксиры, траулеры, сторожевые корабли и реактивные самолеты Королевского военно-морского флота участвовали в спасательных работах. Но пятнадцать человек погибли, включая одного из команды Адама, которого ударило упавшей мачтой. Адам был потрясен, но полон решимости повторить попытку. Яхта Теда Тернера «Тнейтмес» победила с рекордным временем.