Я хочу сказать, чтобы он засунул предположения себе в задницу, но сдерживаюсь.
— Если нашел то, что искал, ты знаешь, где дверь.
Его взгляд на мгновение опускается к декольте, а затем снова встречается с моим.
— Я ничего не нашел и не уйду, пока не найду.
Я не могу поверить, что это говорю, но он прав. Я не задумывалась об этом.
— Что ты ищешь?
— Наушники.
— Какого они цвета?
— В черном чехле.
Стоп, погодите-ка.
— Я знаю, где они.
Он подозрительно смотрит на меня.
— Издеваешься?
— Нет, они в комнате. Я думала, что они принадлежат моей лучшей подруге. Она была у меня на днях, и... ладно, не важно. Отойди, чтобы я могла их принести.
Он задерживается на мгновение, словно колеблясь между желанием остаться и необходимостью уступить. Наконец, отходит в сторону, освобождая путь. Я направляюсь в комнату, прямиком к столу, где лежит черный чехол.
Оборачиваясь, я чуть не роняю чехол, увидев Лэндона в дверном проеме.
— Что за черт? Я не говорила следовать за мной.
Он лениво пожимает плечами.
— Ты ничего не сказала. Я предположил, что хочешь, чтобы я пошел следом.
— Господи.
Я сокращаю расстояние между нами и толкаю чехол в его протянутую ладонь.
Глаза расширяются, когда осознаю размер его руки. Я никогда не считала себя маленькой, но в этот момент разница в росте заставляет почувствовать себя именно такой — крошечной, хрупкой.
Впервые в жизни.
Я сглатываю и отступаю.
— Ты получил то, зачем пришел. Теперь уходи.
Сжав чехол в ладони, он разворачивается и направляется в гостиную. Лэндон снова надевает обувь, и, прежде чем выйти, бросает взгляд через плечо. На губах появляется игривая усмешка, делая глубокие ямочки на щеках еще более выраженными.
У него ямочки?
— Удачи, — только и говорит он, прежде чем выйти, захлопнув за собой дверь.
Удачи? Что это вообще должно значить... о, черт. Я оставила ярко-розовый дилдо на белом покрывале.
4
Джулианна
У меня сложные отношения с воскресеньями. Я обожаю их, потому что каждую неделю встречаюсь с самой удивительной группой детей и учу их играть на инструментах в общественном центре. Это занятие стало частью моей жизни с первого курса, когда устроилась на работу в Художественный музей. Прошло почти четыре года, и я совершенно потерялась в этой любви.
Но преподаю детям только по утрам, а иногда и по субботам.
Причина, по которой я ненавижу воскресенья, — это обязательные еженедельные собрания с сестрой по братству — «Альфа Дельта Пи», в которой сейчас состою.
Раньше я не испытывала страха перед этими встречами и искренне наслаждалась жизнью в братстве. Друзья, вечеринки, предматчевые сборища перед футбольными играми — это было волшебно. Первый курс был наполнен радостью, но на втором все изменилось из-за Сиенны Форбс.
Она стоит в передней части гостиной дома братства, с зеленым смузи в одной руке и телефоном в другой. Внешне она не изменилась: идеально прямые блондинистые волосы, очаровательная улыбка, наряд безупречен, как и всегда.
Мы познакомились на первом курсе во время набора, сидели рядом и мгновенно нашли общий язык. В день открытия конвертов, когда узнали, что попали в одно и то же братство, мы стали еще ближе. Не было ни одного дня, когда бы мы не были вместе или не общались.
Но однажды она изменилась, и теперь мы едва ли разговариваем, если это не касается братства.
Я отгоняю мысли о дружбе и пытаюсь сосредоточиться, но собрание затягивается. Обычно оно длится от тридцати минут до часа, но теперь, когда Сиенна — президент, оно может растянуться до двух часов. Сколько можно говорить на одну и ту же тему? Благотворительность, проблемы, которые нужно обсудить, предстоящие мероприятия.
Она увлечена, это я признаю.
Я приподнимаюсь, понимая, что Сенна заканчивает, но снова опускаюсь в кресло, когда она произносит:
— Итак, как вы все знаете, вечеринка пройдет в декабре, и в связи с этим я хотела бы рассказать новичкам о двух простых правилах.
Хотя вечеринка через три месяца, мы всегда собираемся в сентябре и обсуждаем, с кем пойдем. Это не обязательно, ведь многое может измениться, но правило существует с тех пор, как я пришла сюда.
И поскольку это братство, и они любят делать все с размахом, мы не просто называем, с кем идем. Все зависит от должности и старшинства. Сиенна говорит первой, потому что она президент, затем рекрутеры и так далее.