Только с тобой

— Так хочешь, чтобы я тебя отвез? — спрашивает он.

— Нет, я хочу остаться с тобой.

Его выражение лица смягчается.

— Ты же знаешь, что я не позволю ничему случиться с тобой, да?

Я киваю, потому что не сомневаюсь в нем.

— Знаю.

Наступает пауза, комфортная, но, когда он смотрит на меня, взгляд прожигает, и атмосфера меняется. Она становится тяжелой и наэлектризованной, и я знаю, что любой его вопрос заставит и без того малое пространство между нами стать еще меньше и горячее.

— Итак, наш контракт на репетиторство, — начинает он. — Что ты хочешь, чтобы он в себя включал?

Только Лэндон может быть так открыт и прямолинеен, но я не жалуюсь.

Сажусь прямо и снимаю толстовку, потому что мне жарко. Обогреватель работает на минимуме, но все равно кажется, что стало теплее.

Я сглатываю.

— А ты не хочешь высказать свои пожелания?

Лэндон сказал, что не хочет, чтобы другие парни трогали меня или я носила их одежду, но подумала, что, возможно, он захочет добавить что-то еще.

— Нет, я хочу того, чего хочешь ты, — весомо заявляет он, не оставляя мне возможности усомниться.

Я изо всех сил стараюсь не сжимать бедра от внезапно нахлынувшей тупой пульсации.

— Так... тебя устроит спать только со мной?

— Джулианна, я только о тебе и думаю. В голове не осталось места для кого-либо еще. Меня это более чем устраивает.

Убедительная интонация в его голосе и целеустремленный взгляд не оставляют места сомневаться или колебаться в том, чего хочет Лэндон. Я и раньше в нем не сомневалась, но сейчас, больше, чем когда-либо, чувствую уверенность и то, что меня никогда так сильно не желали.

— Сколько же раз мне придется с тобой переспать, чтобы расплатиться за занятия?

Дыхание застревает в груди, когда он перекидывает руку через разделительную консоль, и его пальцы ложатся на мое бедро. По коже бегут мурашки и медленно расползаются дальше, а вслед за ними — жар, что плывет между ног и к соскам, набухшим от желания.

Он лениво проводит пальцами по бедру, слегка поддергивая край чулка.

— Раз или два в неделю. Разве что исключая те дни, когда у тебя месячные.

Я усмехаюсь.

— Как это трогательно с твоей стороны.

— Ну, я-то не против. Кровь меня не смущает, но подумал, что тебе вряд ли захочется, раз ты в такие дни себя неважно чувствуешь, — его пальцы проползают чуть выше, до самого края платья.

Удивляет его спокойное отношение к моему циклу. Большинство парней брезгуют или вообще не хотят об этом говорить. Но куда больше поражена, что ему все равно, даже если у меня месячные

— Откуда ты это знаешь?

— Ты всегда немного бледнее и таскаешь за собой грелку, хотя делаешь вид, что ничего не болит, — объясняет он, просовывая пальцы под край платья. Без тени стыда я придвигаюсь ближе, чуть раздвигая ноги. — И пьешь только мятный чай, потому что вычитала, что он помогает от спазмов и вздутия.

Не знаю, заводит ли Лэндон подруг, но я уверена: в тот день, когда она у него появится, то окажется в самых заботливых руках. Он не только безумно проницательный, но и внимательный. Повезет же той девчонке

От этой мысли меня охватывает бессмысленная ревность, но яростно ее от себя отгоняю.

— Раз или два в неделю — тебя устраивает? — спрашивает он, прерывая мои нелепые мысли, а его пальцы тем временем ползут все выше.

— А если что-то случится и не получится?

— Наверстаем. Или пришлешь мне еще фоток, — в его глазах вспыхивает что-то озорное, и как раз когда его пальцы достигают самой сокровенной точки, я раздвигаю ноги еще шире в надежде, что прикоснется, но он не делает этого

— Чертов дразнила, — я хмурюсь, отталкиваю его руку и смыкаю ноги.

— Дразнила? — переспрашивает он, подавляя смешок. — Иди сюда

— Что?

— Сказал — иди сюда, — голос у него низкий, хриплый, повелительный, и, когда я не двигаюсь, он хватает меня за запястье и дергает. — Сейчас.

Я все еще не двигаюсь и понимаю, чего он хочет, но не представляю, как это осуществить. Его машина не самая просторная, а наши ноги заберут себе и без того малое пространство

— Джулианна, сейчас же! — хрипит он

Я не спрашиваю его и не размышляю, как мы устроимся в этом тесном пространстве. Перелезаю через консоль и сажусь на него верхом. Голова задевает потолок, колено больно упирается в пряжку ремня, каблуки впиваются в ягодицы, но, когда устраиваюсь поудобнее и чувствую, как его твердый член давит на мою влажную киску, весь этот мелкий дискомфорт исчезает.