То, как они управляют жизнью Джулианны и заставляют ее чувствовать себя дерьмом из-за этого. Молю Бога, чтобы я никогда с ними не столкнулся. Не уверен, что смогу сдержаться.
— С другой стороны, я не выставлю себя дурочкой, — она усмехается, и ее ноготь теперь скользит по другой татуировке.
— Это почему же?
— Я не умею танцевать, и, прежде чем спросишь, это касается и медленных танцев. Это просто смешно, не знать самый базовый танец, но поверь мне, когда говорю, что я полный ноль, то имею это в виду. Я как неуклюжий жирафенок, который учится ходить, и, если подумать, так даже обижаю жирафят, потому что я хуже.
Я вспоминаю все те разы, когда видел ее на вечеринках, и теперь понимаю, почему она никогда не танцует.
Это вызывает у меня усмешку, когда представляю ее танцующей. Джулианна бьет меня по руке, бросая не слишком впечатленный взгляд.
— А что, если я научу тебя? — мои руки скользят к ее бедрам и ниже, на ее попку. — Тогда ты сможешь пойти, надеть свое платье и...
Она обвивает руками мои плечи, прижимаясь грудью ко мне. Это отвлекает, потому что открывается вид на ее декольте, но затем Джулианна дергает меня за отросшие волосы на затылке, и я поднимаю взгляд.
Уголок ее рта кривится от хитрой ухмылки — она прекрасно знает, что со мной делает.
— И ты станцуешь со мной.
Она приподнимается, брови сдвигаются в недоумении.
— Станцую с тобой?
Верно, я ей не говорил, что иду. Просто не было повода, а я согласился еще до того, как все это случилось. Мне до сих пор не хочется идти, но пообещал Джаггеру, а я не люблю нарушать обещания.
— Я там буду. Джаггер попросил меня как одолжение, и я сказал, что согласен.
— О... — она прикусывает губу, играя с застежкой моей цепочки. — А с кем ты идешь?
— С Сиенной.
— А... понятно, — вот и все, что она говорит, ее голос сухой, а осанка вдруг становится скованной.
Я сдерживаю ухмылку, но трудно не находить ее ревность забавной и милой.
— Я иду просто как одолжение Джагу, ясно?
— Тебе не нужно передо мной отчитываться, — Джулианна натягивает на лицо улыбку.
— Не делай этого, — я шлепаю ее по попе, и она дергается. — Не улыбайся, если не имеешь это в виду. Не планировал идти, но сказал Джаггеру, что пойду, а я не нарушаю обещаний. Всего пара танцев, одно фото и никакой вечеринки после. И хочу, чтобы ты знала, я согласился до того, как мы с тобой начали заниматься.
Я объясняю, потому что нужно, чтобы она точно знала мои планы. Не хочу, чтобы она думала, что у меня есть какие-то намерения, кроме тех, что озвучил Джаггеру.
— Тебе правда не нужно передо мной оправдываться. Мы же не встречаемся, а наш контракт закончится в следующем месяце, так что все в порядке, — она пожимает плечами с показным безразличием, словно ничто из этого — мы — не имеет значения.
Но я не могу назвать это «мы», потому что нет никакого «мы». Есть только она и только я, и к следующему месяцу все закончится.
Все могло бы измениться, но я слишком испорчен. У меня слишком много проблем. Я лишь добавлю новых к тем, что у нее уже есть.
Рейд называет это избегающей привязанностью. Он сказал это после того, как я признался, что не люблю привязываться к другим, потому что тогда не к чему будет тосковать, когда они уйдут.
Цинично с моей стороны полагать, что не могу сблизиться с кем-то, когда у меня есть Джаггер, Габби и Полли, но они-то не оставили мне особого выбора. И с ними все по-другому, потому что это платонически.
С Джулианной — не так.
Она зажигает мою душу, заставляет чувствовать себя под током. Черт возьми, Джулианна заставляет меня чувствовать себя живым и с нетерпением ждать завтрашнего дня и всех последующих. Она заставляет меня не ненавидеть себя и свои улыбки. Я не говорил ей и даже Рейду, но впервые за долгое время смог посмотреть в зеркало и улыбнуться. Смог забыть о людях, которые заставляли меня ненавидеть это, потому что мог думать только об одном человеке, который заставляет меня любить это.
Страх охватывает тело, и я впадаю в панику, сердце бьется часто и глухо, а в груди становится мучительно тесно. Сглатываю, надеясь, что она не почувствует и не увидит трепет, с которым я борюсь.
Рейд также сказал, что у меня ПТСР57 и комплексное ПТСР, и хочет направить меня к специалисту, который специализируется на этом и на моих триггерах. Это было не единственное, что он у меня диагностировал, и это еще одна причина, почему я не могу быть с ней.
Я — ходячее определение проблем и дерьма.