— Клянусь, она хотела меня. Клянусь, потому что девушки не выглядят и не одеваются так, как она, если не хотят этого. Я хочу сказать, Джулианна практически умоляла об этом. Ты же понимаешь, да? Ты бы тоже трахнул ее, если бы представился шанс, да?
— Если бы она дала вербальные знаки. А Джулианна сказала тебе, что хочет этого?
Это ставит его в тупик.
— Ну... нет... но она дала свое согласие тем, что пошла со мной в комнату.
Я медленно моргаю, тело цепенеет.
— Так почему же она считает, что ты... изнасиловал ее, Коул?
Он взволнованно фыркает, затем зевает, словно воспоминания о случившемся — непосильная ноша.
— Потому что трогал и целовал ее, но я же не засовывал в нее свой член силой. И даже если бы засунул, что с того? Ты знаешь, сколько девушек хотят быть со мной? Она должна чувствовать себя счастливой, что я ее захотел.
Дьявол яростно кричит мне в ухо, чтобы покончил с его жалким подобием жизни.
— Но потом эта тупая сука идет вонзает мне каблук в чертово бедро, устраивает сцену, — он стонет, потирая бедро, будто снова ощущая это. — Мы просто развлекались. Так бывает. Я был пьян и глуп, но клянусь, мы просто веселились. Ты же понимаешь, да?
Я резко и грубо переключаю передачу, останавливая машину. Зрение темнеет от ярости, переполняющей меня.
— Да, так бывает.
Коул смотрит на меня с легкой улыбкой, с облегчением вздыхая.
— Ты понимаешь
— Вообще-то, нет. Понятия не имею, как, черт возьми, ты мог решить, что это нормально, но прав, дерьмо просто... — я нажимаю кнопку, отстегивая ремень безопасности.
Его брови сдвигаются, между ними залегает глубокая складка, он смотрит озадаченно, вглядываясь в мое лицо. но, когда до него наконец доходит смысл моих слов, его глаза расширяются. Я крепко хватаю его за затылок и с силой вжимаю его лицо в центральную консоль.
— Бывает.
Резкий крик разрывает салон, Коул хватается за нос. Он стонет, зажмуриваясь вероятно, дезориентированный от удара.
Я пользуюсь тем, что он не в себе, расстегиваю его ремень и выхожу из машины. Обхожу капот, распахиваю его дверь, но он отползает назад, яростно тряся головой и прижимая нос.
— Лэндон, остановись! Какого черта ты делаешь? Кажется, ты сломал мне нос! — он кричит и пытается отпихнуть меня ногами, чтобы держать на расстоянии, но я чертовски зол, чтобы что-либо чувствовать. Коул может быть под метр восемьдесят, но я защищался от игроков выше и крупнее меня. Это ерунда.
— Стой! Что ты, черт возьми, делаешь? Прекрати! — он продолжает лягаться, но мне удается схватить за лодыжки и выдернуть из машины.
Его спина с силой ударяется о гравий, голова отскакивает от бетона. Он стонет, отпускает нос и хватается за затылок.
— Не усложняй, — сквозь зубы говорю я, таща его тело на пустынное поле.
Коул пытается бить ногами, пытается ухватиться за землю, его пальцы впиваются в грязь, пытается вырваться, но я крепко держу его за лодыжки.
— Она плакала, да? Она говорила тебе остановиться, да? Ты знал, что ей плохо. Ты не был пьян. Ты просто увидел возможность воспользоваться ее состоянием. А потом продолжил ее травить, — я шиплю, голос ледяной.
— Нет, нет, все было не так. Пожалуйста, ты должен понять. Это не так. Пожалуйста, выслушай, — он трясет головой, отчаянно умоляя, кровь течет у него из носа.
— Выслушать? Но я думал, мы веселимся? Я думал, ты этого хотел? Ты подавал мне знаки, — я передразниваю его голос нескольких минут назад расслабленный, беззаботный.
Бросаю его ноги на землю, встаю над ним, ставлю одну ногу на его вздымающуюся грудь и провожу вниз к шее, он напрягается
— Пожалуйста, Лэндон, — Коул захлебывается плачем, когда увеличиваю давление, и его глаза вылезают из орбит.
Я бесстрастно смотрю на него.
— Ты еще и подсыпал ей что-то?
— Что? Нет! — его прерывистое дыхание пронзает напряженный воздух. — Это был не я. Это все Сиенна. Это она подсыпала что-то в ее напиток. Клянусь, это был не я.
— Не смей, черт возьми, врать.
— Клянусь Богом, это была Сиенна. у меня есть доказательства, — он дрожащей рукой роется в кармане и протягивает телефон. — Это был не я. Клянусь.
Дрожь пробегает по спине, когда беру его телефон. Хотел бы сказать, что он лжет, но что-то подсказывает мне, что нет.
— Это был не я. Код два, три, три, три, — он отчаянно умоляет. — Это была Сиенна. Она ревнует к Джулианне. Хотела, чтобы ее выгнали из сестринства. Клянусь, я не имел к этому никакого отношения.
Беззвучный смешок вырывается у меня из горла.
— И вместо того, чтобы помочь, ты воспользовался ею.
Я убираю ногу с его шеи и с силой наступаю на пах. Коул кричит в агонии, сворачиваясь в позе эмбриона и хватаясь за себя. Я бью снова, несмотря на прикрывающие его руки. Снова раздается пронзительный вопль. И, для верности, я делаю это еще раз.