Теперь я понимаю, почему некоторые официанты и официантки смотрят на нас с того момента, как мы пришли.
— Поэтому на нас так смотрят?
Он тихо фыркает.
— Они не очень-то скрытные, да?
Я краем глаза замечаю пару официантов, которые смотрят в нашу сторону.
— Совсем не скрытные, но это нормально. Мне не мешает.
Напряжение в его теле исчезает.
— Я говорил им не делать это очевидным, но они просто обожают меня смущать.
— Разве они твои настоящие друзья, если не смущают тебя? — поднимаю я руку и машу им. Их глаза расширяются, и они отворачиваются.
— Пожалуй, ты права, — он улыбается, развеселившись.
— Вы готовы сделать заказ? — спрашивает Рассел, наш официант. Его тон легкий и игривый, он смотрит на Ривера чуть дольше, а затем обращает внимание на меня.
— Перестань вести себя странно. Ты ее испугаешь.
Ривер поднимает брови, как будто передает Расселу какой-то сигнал, затем извиняюще улыбается мне.
— Я никуда не ухожу, — уверяю я его.
Рассел усмехается.
— Она мне нравится.
— Делай свою работу, или я не оставлю тебе чаевых, — шутит Ривер.
— Будь милым, или я плюну в твою еду, — отвечает Рассел.
— Теперь ты точно ее испугаешь, — он качает головой. — Он шутит. Он не собирается плевать в нашу еду.
— Я сказал «твою еду», а не «ее», — подмигивает он мне.
Я смеюсь, подхватывая шутку, и шепчу:
— Спасибо.
Они продолжают подшучивать друг над другом еще несколько секунд, прежде чем Ривер напоминает ему взять наш заказ. Как только он это делает, то снова подшучивает над Ривером и уходит.
— Он отличный, — говорю я, сжимая губы, чтобы сдержать смех.
Ривер вздыхает от усталости, но все равно улыбается.
— Да, он такой. Ничего не любит больше, чем меня раздражать, но на самом деле он довольно хорош.
— Итак...
— Я...
Мы смеемся и одновременно говорим:
— Ты первая.
— Ты первый.
Сначала мы молчим, но потом он сдается и делает глоток своей колы.
— Так, ты занимаешься репетиторством? Ты занимаешься с Лэндоном?
Мое сердце замирает, и я ненавижу, что не заговорила первой.
С того момента, как я покинула квартиру, я выстроила мысленный барьер вокруг всего, что связано с Лэндоном. Мне удавалось не думать о нем, пока сейчас не возник этот вопрос.
Мы уже так долго в этом круговороте, что я стала невосприимчива к его словам, но комментарии все же задели.
Смешно, что он предполагает, будто Лэндон нуждается в помощи только потому, что он спортсмен. По крайней мере, я думаю, что именно это Ривер имел в виду.
— Нет, на самом деле он мой репетитор, — говорю я, заставляя себя улыбнуться и пытаясь подавить смущение. — У меня проблемы с математическим анализом, а он хорош в математике, так что помогает мне.
— А, — кивает он с пониманием, делая паузу и нервно барабаня пальцами по столу. — Он немного... напряженный, не так ли?
Это не то, что я ожидала услышать. На самом деле, не думала, что разговор зайдет о Лэндоне, но в памяти всплывают моменты, когда Ривер восторгался им в «Ликвиде».
Мне стоит напомнить ему, что Лэндон всего лишь игрок в студенческой баскетбольной команде. Я совершенно не понимаю этой одержимости и почему он и все вокруг в кампусе относятся к Лэндону как к знаменитости.
— Он выглядит так, но клянусь, что это далеко от правды, — произношу я, не сдерживая недовольства.
— Извини, я не должен был его упоминать, но он казался более... — он внезапно замолкает.
— Что?
— Ничего. Забудь, что я сказал.
— Ты знаешь, что не стоит врать, — вырывается у меня, прежде чем успеваю остановить себя, но продолжаю, потому что почему бы и нет. — Это бессмысленно, не нужно и пустая трата времени.
Он робко улыбается и облизывает губы, напоминая мне о том глупом придурке.
— Он просто казался более напряженным, чем обычно. Как будто хотел меня ударить, — Ривер смеется, но это так неловко и натянуто, что мне становится не по себе.
— Не переживай о нем. Он всегда выглядит так... — нет, он не всегда так выглядит. Лэндон всегда сдержан. Я уверена, что он просто преувеличивает, но Ривер выглядит немного взволнованным, так что я не говорю ему об этом. — Серьезно, не переживай о нем. Я не знаю его хорошо, но уверена, что есть не так много вещей, которые делают его счастливым.
На этот раз он смеется, и это звучит искренне.
— Извини, я не хотел его упоминать. Забудь, что я сказал.
— Хорошо, мне это подходит.
Остальную часть ужина мы проводим, узнавая друг друга, и в целом мне приятно. Но время от времени мысли уносятся к жестким линиям, стальным серым глазам и чернилам. Как облако, оно следует повсюду, нависая надо мной.