Когда он заканчивает, я обмякаю, изможденная и удовлетворенная, и не осознаю, что он развязал шарф, пока не чувствую, как он массирует мои запястья.
Открываю глаза — наши взгляды сталкиваются. Я хочу что-то сказать, но не знаю, что. Кажется, он тоже в замешательстве, потому что молчит, продолжая тереть мои запястья.
— С ними все в порядке?
Я вынимаю стринги изо рта, прочищаю сдавленное горло и приподнимаюсь, но он не отпускает.
— Да, все нормально. Не надо. Я в порядке.
До меня наконец доходит реальность произошедшего.
Я перевожу взгляд на его внушительную эрекцию.
— Хочешь, я...
— Нет, — он отпускает мою руку и поправляет брюки. — Мне пора. Девочки ушли, но они все же вернутся.
Я не заметила, как они ушли,
— Ладно, — отвечаю я, с усилием возвращаясь с оргазмического облака. — Мне рано на работу, вообще-то.
Он облизывает губы и кивает, его выражение лица бесстрастно.
— Ладно, спокойной ночи, Джулианна.
— Спокойной ночи, Лэндон.
Пытаюсь выглядеть отстраненно, но уверена, что выгляжу помятой и очень голой. Лэндон, с другой стороны, одет и выглядит совершенно нормально, если не считать мощный стояк.
В последний раз бросив взгляд, он уходит, а я не двигаюсь, пока не слышу, как захлопнулась входная дверь.
Встав с кровати, я ищу свитер, но его нигде нет.
Я пишу сообщение Лэндону, спрашивая куда он его закинул. Не получив ответа, продолжаю искать, но в конце концов сдаюсь и переодеваюсь в пижаму.
Следующие несколько часов я провожу без сна, думая о нем, и, к сожалению, как ни стараюсь, не могу уснуть, потому что каждый раз, когда закрываю глаза, он вторгается в мои мысли.
Мне правда стоит пересмотреть свои жизненные выборы.
28
Лэндон
— И что же заставило тебя почувствовать себя лучше? — спрашивает Рейд.
Мне не о чем думать, но все равно даю тишине покипеть. Я проживаю всю ночь заново. Возвращаюсь к каждой пролетевшей секунде, к тому, как она излучала не только снежно-белый и электрически-сапфировый, но и ярко-золотой, и опасно-красный цвета. Два последних цвета новые, я никогда не видел их, по крайне мере до того момента, как она застонала, потому что в тот миг это было потрясающе. Буйство красок, что взорвались, выплеснулись. Они захватывают дух — прямо как ее улыбки. В этом есть что-то такое... Если сказать, что это завораживает, то прозвучит слишком банально. Это...идиллически. Да, идиллически — самое то. Да и я приуменьшаю, называя эти цвета золотым и красным, потому что они — нечто большее. Это гипнотическое северное сияние из животворящего золота и яростного, неистового вишневого. Вот лучший способ описать те сюрреалистичные цвета, что сверкали и кружились.
— Разговор с ней заставил меня почувствовать себя лучше всего, — то, что произошло в ее комнате, не имеет никакого отношения к тому, что я почувствовал.
На его губах расцветает довольная улыбка.
— А у этой «ней» есть имя?
— Джулианна Спаркс.
Провожу пальцами по мокрым волосам, сверяясь со временем на телефоне. Я только что с баскетбольной тренировки и должен уже быть у Джулианны на занятиях, но нужно было срочно приехать на футбольный стадион. То, что я делаю, иррационально и бесит.
Иррационально, потому что самое разумное — выбросить этот свитер в мусорку, но не могу себя заставить. А бесит именно то, что я здесь, чтобы вернуть eго.
Это по-детски, даже для меня, но во рту стоит этот... горький привкус, от которого никак не избавиться. Он висел там, пока не просочился вниз, в грудь, и не впился между сердцем и ребрами.
Ощущение чужеродное и совершенно неестественное, что бы я ни делал, не могу его стряхнуть с себя, и все из-за этого дурацкого свитера. Не понимаю, что в нем такого особенного. Я бы знал. На мне точно такой же, только баскетбольный.
Меня выдергивает из противоречивых мыслей тот, кто и есть причина моего здесь появления.
— Лэндон? — Финник Камински смотрит на меня ошарашенно, но все же улыбается. — Что ты...
Я отталкиваюсь от его 4Runner32 и швыряю ему в руки причину своей головной боли.
— Это твое.
Он ловит его с легкостью и смотрит, озадаченный.
— Откуда он у тебя? Я думал, отдал его...
— Джулианне, да. Он ей больше не нужен. Я постирал его, — я мог бы быть проклят, но не верну ему свитер с ее запахом.
На его лице проступает понимание, а вместе с ним и самодовольная улыбка.
— Все не так. Мы просто друзья.
Да, мы ненавидели друг друга, но я трахнул ее пальцами и сделал куни. Член и рука снова встретились двумя днями позже той ночи, а еще я узнал, что она подписалась на меня в Инстаграме. Но это не суть.