«Это значит, что я хочу повторить субботу».
«Все, что захочешь включить. Границы устанавливаешь ты».
«Хочу. Я хочу тебя».
Я выхожу из воспоминаний и смотрю на гардероб, где висит МОЙ свитер, умоляя дикий табун в груди успокоиться. Спокойные бабочки сменились и резко стали дикими. Я не знала, что так бывает, но это опасно, потому что ничего из этого не должно было иметь значения. И до сих пор не имеет, но желудок, похоже, не в курсе. Не могу сказать, что виню его. Мой свитер безупречно безразмереный, удобный и до сих пор пахнет им. Аккуратно складываю бумагу и засовываю ее в дальний ящик прикроватной тумбочки.
Не раздумывая больше, я принимаю решение. Со стороны это может выглядеть неправильно, но для нас это не так, и только это и имеет значение. Лэндон не осуждает меня и заставляет чувствовать себя хорошо, так зачем же сопротивляться? И он хочет этого так же сильно, как и я. Вчера он это ясно дал понять. С его стороны не было ни тени сомнений или намека на шутку. И он понимает и уважает мои границы.
Конечно, я буду платить за занятия своим телом, но разве это плохо, если нам обоим это нравится? Если мы оба этого хотим.
— Эй, ты уже готова? Черт, я знала, что тебе подойдет это, — Полли насвистывает, глаза скользят по мне и останавливаются на груди, прежде чем подняться обратно. Она ухмыляется, цокая языком. — Будь у меня такая грудь и ноги, я бы не знала, как себя вести. Всем бы пришел конец, — я хихикаю, глядя вниз на свою грудь, которая почти вываливается из белого корсета.
— Ага, с ними здорово, но только не заводи речь о боли в спине и о том, как сложно найти топ, который не создает впечатления, будто я нарочно ее выставляю напоказ. Зато ноги у меня и правда отличные, — Сьерра как-то раз сказала это, не мне, но я подслушала.
— Да какая разница, нарочно или нет? Это же грудь. Ей и положено красоваться, — с энтузиазмом заявляет она и стаскивает верх своего черного ведьминского платья, обнажаясь еще больше. Она довольно кивает себе, оглядывая результат.
— Ты готова, Ангел? — в том, как она это говорит, сквозит что-то знающее и дразнящее. Я сужаю глаза, но она лишь невинно улыбается, словно не вкладывала в слова никакого скрытого смысла.
Изначально я хотела надеть костюм Женщины-кошки, но девочки настояли на ангеле. Мне не хотелось, просто потому что это заставляет думать о Лэндоне, а я не хочу, чтобы он решил, будто надела это, думая о нем, но девочки были не только настойчивы, но и очень убедительны.
— Почему ты так на меня смотришь? — с подозрением спрашиваю я.
Но прежде чем она успевает ответить, из гостиной доносятся громкие возбужденные голоса. Дейзи, Кара, Дариус и Элоиз, если точнее. Мы все планировали пройтись по барам и завершить вечер в «Ликвид».
— Давай, не стоит заставлять их ждать, — она сияет.
Бросив последний взгляд на ящик, я следую за ней в гостиную.
— Ребятки, они тут! — кричит Габби, перекрывая громкую музыку, и ведет нас в VIP-зону «Ликвида».
Как же бесит, что сердце начинает биться чуть быстрее, а в животе кувыркаются бабочки. Со стороны можно подумать, что я пьяна — чуть не спотыкаюсь на ровном месте, — но в меня еще не попало ни капли алкоголя.
— До сих пор не могу прийти в себя — ты выглядишь просто огненно! — кричит Эл, цепляясь за мою руку.
Я смеюсь, пока она слегка заплетается и языком, и ногами. Глаза у нее блестят, а улыбка расслабленная — все благодаря коктейлям, которые она успела принять в барах.
— А ты, Клеопатра, выглядишь...
— Божечки! Привет, Джулс! — меня перебивают и дергают в другую сторону, но, хотя Эл и пьяна, она крепко держит меня за руку.
Сестры по университету стоят передо мной, у всех на лицах широкие светлые улыбки. Кроме Сиенны. Ее улыбка кажется вымученной.
Я улыбаюсь.
— Привет, ребята.
— Я думала, ты не придешь? — спрашивает Кэрри, одна из сестер, обнимает меня и, прежде чем отпустить, добавляет, — Выглядишь просто охуенно!
— Спасибо. А с чего ты так решила?
— Сиенна сказала, что ты не сможешь, — она смотрит на Сиенну для подтверждения.
Ну конечно, сказала.
Сиенна переводит внимание на меня, с невинным и участливым выражением лица.
— А это была не ты, с кем я говорила?
— Нет, не я.
Сиенна морщится, бросает виноватую улыбку, но я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понять — это фальшь.
— Боже мой, мне так жаль! Я правда думала, что говорила с тобой. Наверное, что-то напутали с сообщениями. Но ерунда! Ты же здесь. Можем потусить вместе.