- Я не могу найти платье, - внезапно сказал она, надув свои пухлые губки.
Это заставило меня оторваться от своих мыслей и вникнуть в то, что она сказала:
- Для свадьбы?
Она кивнула, выглядя при этом такой подавленной, что мне захотелось притянуть ее ближе и оставить нежные поцелуи на ее прекрасном лице.
- Хочешь, чтобы я помог, Ангел?
- Ты не можешь. Жених не должен видеть свадебного платья до важного дня, - ее глаза расширились от шока и ужаса. - Ты видел платье, которое я надела, когда мы поженились в первый раз!
Я видел. Я его выбирал.
- Это было просто платье, когда я выбрал его,- успокоил я.- Оно не было свадебным, пока ты не надела его.
- О, - ее улыбка вернулась. Она сняла свои сандалии, и присоединилась ко мне, положив голову на мои колени, ее золотисто-серебристые волосы рассыпались веером на моих бедрах.
Запустив пальцы в густые шелковистые пряди, я сделал глубокий вдох, смакуя запах ее духов.
- Что ты собираешься надеть? - спросила она, ее глаза закрывались.
- Хочешь что-то конкретное?
Ее губы изогнулись. Она ответила медленно и мечтательно.
- Смокинг. Ты всегда великолепен. Но в смокинге… это нечто особенное.
Я коснулся кончиками пальцев ее губ. Были времена, когда я, будучи совращенным, ненавидел свое лицо, ненавидел то, что моя внешность привлекла сильный сексуальный интерес, и кожа покрывалась мурашками. В конце концов, я привык к вниманию, но не к тому, что Ева делала, чтобы я начал ценить то, кем я являюсь ради самого себя.
Она доставляла столько удовольствия, глядя на меня. Одетого. Раздетого. В душе. Обернутого в полотенце. Возвышавшегося над ней. Под ней. Она не смотрела на меня только, когда засыпала. И именно тогда чаще всего я получал удовольствие, глядя на нее, восхитительно обнаженную, одетую только в ювелирные украшения, что я дал ей.
- Тогда я буду в смокинге.
Ее глаза открылись, показав мне свой нежный серый цвет, который я обожал.
- Но это пляжная свадьба.
- Я сделаю это так, чтобы сработало.
- Да, уверена, ты сможешь.
Повернув голову, она прижалась носом к моему члену. Тепло ее дыхания проникло сквозь хаки к моей чувствительной коже. Я затвердел для нее.
- Чего ты хочешь, Ангел мой, - произнес я, играя с ее волосами.
- Это, - она провела пальцами по всей длине моей эрекции.
- Как ты его хочешь?
Ее язык увлажнил ее губы.
- В моем рту, - выдохнула она, высвобождая пуговицу на моем поясе. Мои глаза закрылись на миг в глубоком вздохе. Звук моей опущенной молнии, освобождение от давления, как она осторожно освободила мой член…
Я мысленно готовился для влажного жара ее рта, но это было бессмысленно. Я резко дернулся, когда она втянула меня легким всасыванием, почувствовал, как покалывает спину от голода и потребности. Я знал ее настроение, и как оно перевелось к сексу. Она планировала занять свое время, доставить мне удовольствие и свести с ума.
- Ева…
Я стонал, пока она поглаживала меня нежными пальцами, ее рот работает мягко. Она облизывает головку моего члена медленными, смакующими движениями.
Открыв глаза, я посмотрел на нее сверху вниз. Вид ее, такой совершенный и привлекательный, когда она полностью сосредоточена на моем члене во рту, был обжигающе эротичным, и в то время невероятно нежным.
- Боже, это так хорошо, - сказал я хрипло, обхватив ее затылок одной рукой. – Возьми его глубже… Да, вот так…
Моя голова откинулась назад, как только мои бедра напряглись от необходимости всадить глубже. Я боролся с желанием, позволяя ей получить то, что она хотела.
- Я не хочу так заканчивать, - я предупредил ее, зная, что это было ее целью.
Она выразила протест, сжав меня в кулаке, всасывая и обхватывая нежной, но твердой хваткой. Бросая мне вызов сопротивляться ей.
- Я оседлаю твою идеальную киску, Ева. Моя сперма будет глубоко в тебе, пока ты проведешь свои выходные вдали от меня.